«Повесть» о настоящем Человеке

Посмотрел интервью с Алексем Малобродским, условно осужденным по делу «Седьмой студии» («Дело Серебренникова»), в которой он некоторое время был генпродюсером.

Такое наказание в наше время напомнило мне анекдот былых времен: «Один осужденный спрашивает другого: «Ты за что получил 25 лет?». Тот отвечает: «Ни за что!», на что первый говорит: «Ну, ты и врать – у нас ни за что только десять лет дают».

Но это наказание Малобродский получил не сразу, а после весьма продолжительного пребывания в следственном изоляторе и под домашним арестом. Видимо, все это Алексею «не понравилось» и вот, что он сказал уже будучи на свободе в указанном выше интервью: «Бурлящее чувство обиды, оскорбления несправедливостью. Я испытываю негодование по этому поводу и ярость – какие-то неизвестные мне люди по неизвестным мне явно неблаговидным мотивам решили, что они вправе распорядиться моей жизнью, моей судьбой».

Когда я услышал эти слова, то подумал, что если бы я был необоснованно лишен свободы более чем на несколько дней и даже если бы не был в таких жутких условиях, как у Алексея в изоляторе, в котором, в частности, на двенадцать заключенных было всего восемь спальных мест, то я бы тоже, как и Малобродский, испытывал бы негодование и ярость, и также, как и он, не скрывал бы этого. При этом в отличие от Алексея меня не устраивает, чтобы моей жизнью вообще кто-то распоряжался (мы ведь не на отечественной войне): не только незнакомые, но даже знакомые, а, возможно, и близкие мне люди, а что может быть еще больнее, когда твоей судьбой распоряжается неизвестно кто.

И вот, когда я думал об этом раньше и слушал Малобродского, я вспоминал Человека, который вел себя совершенно иначе, несмотря на многолетние издевательства государства над ним. Этот человек – художник Александр Борисович Батурин. Не знаю, как он оценивал произошедшее с ним внутри себя, но никакой внешней озлобленности в нем было, что подтверждалось не только на расстоянии, но и при общении один на один (https://museumart.ru/mihail-german-aleksandr-baturin).

Итак, я расскажу кое-что об Александре Борисовиче (http://russkiy-peyzazh.ru/khudozhniki/baturin-aleksandr-borisovich, https://arch2.iofe.center/person/4108), а Вы сами делаете выводы что это за Человек.

Он родился в 1914 г. в Гельсинфорсе (Хельсинки), и с детства не питал иллюзий к «советской действительности». Ему было десять, когда семью выслали из родных мест под Тулой на Урал. Это было связано с тем, что его родители были дворяне, а отец к тому же – офицер (большое преступление, правда? А.Ш.). В результате с 1924 г. по 1930 г. он жил и учился в Шадринске (Курганская область).

В 1930 г. семья переехала в Ленинград, и на следующий год он стал учеником художника Владимира Васильевича Стерлигова (ученика Малевича), который считал, что «искусство – это подвиг, это работа до кровавого пота, это и страдания, и мучения, и лишения, и гонения, и ... никакой награды. Вы должны отречься от всего и посвятить себя только Ему. И еще, искусство – это прежде всего духовно-нравственная работа на всю жизнь». Владимир Васильевич говорил: «Рисуйте предмет не только таким, как вы его видите, но и как вы его знаете». Он считал, что «нет ничего хуже теплого искусства, как и теплой веры» и добавлял: «Художник должен быть всегда в напряжении!»

Когда отец Батурина узнал, что Стерлигов не реалист, он попытался разрушить его союз с сыном. После этого на душе Александра «было очень смутно и тревожно, однако что-то необъяснимое, но чрезвычайно сильное влекло его к Стерлигову». Через какое-то время папа Батурина понял, что дело, которым занимается сын «хотя и непонятное, но безусловно серьезное». Александр Борисович писал, что Стерлигов показывал его работы Малевичу, который их воспринял положительно.

В 1932 г. Батурин был принят на рабфак ИЗО при Академии художеств, но вскоре исключен (козлами, А.Ш.) в связи, опять-таки, с дворянским происхождением.

«Занятия у такого человека, как Стерлигов (https://museumart.ru/aleksandr-baturin-vladimir-sterligov.), были сопряжены с большим риском, так как Владимир Васильевич в своем творчестве и преподавательской деятельности соединял христианское подвижничество с непреклонным логическим, философским, структурным мышлением и поразительным педагогическим даром. Носители идей авангарда некоторым в России казались пророками. Стерлигов не только казался, а практически он им был».

В результате в 1934 г. Стерлигова арестовали за «антисоветскую пропаганду» и «дали» пять лет лагерей. Буквально на следующий день был арестован и Батурин.

«В комнату вошли с обнаженными наганами два энкаведешника, а третий остался у дверей: «Руки вверх!» (Они, видимо, считали, что арестовывают особо опасного преступника, А.Ш.). С обыском провозились часа полтора-два, потом составили акт и произнесли сакраментальное: «Собирайтесь с вещами!» (https://museumart.ru/alexander-baturin-interview-mok). Через полчаса я уже оказался в следственной тюрьме НКВД, где у меня выясняли, какую антисоветскую работу и агитацию вел Стерлигов».

В это время из художников был арестован не только Батурин. Среди тех, кого Советская власть решила держать поближе к себе, были Вера Ермолаева и Павел Басманов (его дочь Марианна – муза и гражданская жена поэта Иосифа Бродского).

Его продержали в тюрьме восемь месяцев, а после этого в 1935 г. выслали в Уфу, причем не только его, но и маму с дочерьми. Казалось бы, государство могло «отвязаться» от Александра Борисовича, но «душа государства», находящаяся в то время в ее «органах», как сказал поэт, «была обязана трудиться / И день и ночь, и день и ночь!» Несмотря на это, государство, все-таки, оказалось весьма благородным :-), и Батурина второй раз арестовали не сразу, а только через несколько лет.

16.10.1938 г. по обвинению по статье 58-10 (https://ru.wikipedia.org/wiki/58-я_статья) УК РСФСР особым совещанием при НКВД СССР Александр Борисович был приговорен к восьми годам исправительно-трудовых лагерей и провел эти годы в Соликамбумстрое и Усольлаге. Он был освобожден 13.01.1946 г. с запретом проживания в 36 крупных городах. Поэтому он жил в городах Октябрьске и Бугульме. 17.09.1955 г. – реабилитирован Верховным судом РСФСР (https://arch2.iofe.center/person/4108).

«Батурин выжил, выжил и Стерлигов, которого сначала держали в одиночной камере в ужасных условиях, где он чуть не лишился рассудка. Их новая встреча состоялась в Ленинграде только через двадцать два года – в 1956 г. Они не только выжили, но и сохранили творческий энтузиазм. И это при том, что Александр Борисович все эти годы прожил в творческом «вакууме, в котором было мучительно трудно выжить, а оставаться художником и вообще невыносимо. В пятидесятые годы после всех испытаний Стерлигов стал религиозным и сохранил светлую веру в мир и искусство. Это передалось Батурину – он усвоил учение Учителя, искал себя, и, в конце концов, нашел!

Еще в 1932 г. Стерлигов говорил Батурину: «Художник должен уметь рисовать, в том числе и так, как от него потребуют». Это позволяло Александру Борисовичу выжить трудом художника, а с 1956 по 1989 г. работать в Комбинате графического искусства, занимаясь промграфикой и дизайном. Потом Батурин говорил: «До того момента, как графический комбинат распался, я живописью занимался очень мало. Мне и в голову не приходило, что на это можно жить».

В 75 лет он завершил работу в комбинате, перестал оформлять «коробки» и по-настоящему занялся живописью. В результате за отпущенные ему судьбой еще 14 лет жизни он успел стать признанным художником и не только ценителями, но и неожиданно для всех – государством, которое сподобилось наградить его в 2002 г. орденом «Дружбы», хотя, из изложенного выше следует, что оно особых :-) дружеских чувств к художнику практически всю его жизнь не испытывало, но лучше поздно и при жизни, чем никогда...

В том же году в серии «Авангард на Неве» вышел прекрасный альбом «Александр Батурин» (http://www.deanbook.ru/avangard-na-neve/aleksandr-baturin-albom), а в следующем году прошла его выставка в Русском музее (https://rusmuseum.ru/marble-palace/exhibitions/a-b-baturin/).

Она закончилась восьмого апреля, а через пять месяцев – девятого сентября 2003 г. – Александра Борисовича не стало.

В статье предваряющей указанный выше альбом Михаил Юрьевич Герман, цитаты которого я уже использовал выше, выделяя их с помощью кавычек, написал: «Он не забыл страшных лет, цену которых знают лишь те, кто пережил их сам, но сумел взглянуть в тяжелое лагерное прошлое без гнева, с раздумьем, с желанием не сводить счеты, а воздать дань добру. Все это было в его работах и суждениях. Он пример достойнейшего служению своему делу. Человек высокого и светлого мужества, он сохранил нравственную и профессиональную независимость, терпимость и веру в жизнь. Несмотря ни на что, и поэтому им нельзя не восхищаться».

Восхищаюсь им, и я! Однажды я был у Александра Борисовича в мастерской и разговаривал с ним. Он был не менее классным, чем его работы, и что я запомнил навсегда, так это то, что в нем не было озлобленности «за бесцельно прожитые годы». Да и были ли они бесцельными для Человека и Художника такого масштаба как Батурин? Видимо, нет! Интересно, что в одном из интервью на вопрос о годах заключения и ссылки, он ответил: «Знаете, там были необыкновенно красивые пейзажи».

«Батурин имел безупречный вкус, он каторжно трудился и предъявлял жесткие требования к себе. Александр Борисович – пример достойнейшего служения своему делу, человек высокого и светлого мужества. Он сохранил нравственную и профессиональную независимость, терпимость и веру в жизнь. Несмотря ни на что».

Он был не только настоящим Человеком, но и выдающимся художником – какие классные работы я видел в одной из галерей Нью-Йорка в 90-x. С его работами можно познакомиться на портале «Яндекс.Картинки» по запросу «Александр Борисович Батурин».

14.08.2020.