Чтобы помнили…
Журналист Анатолий Иванович Друзенко
Он был душой тех которые принято называть старыми.
В его трудовой книжке всего две записи о месте работы. В автобиографии он писал: "Я родился в 1940 году в Восточной Украине (Луганск), а вырос и окончил школу в Западной (Ровно). В 1957 году поступил в Московский университет и с тех пор являюсь москвичом. 37 лет проработал в "Известиях": от стажера до первого заместителя главного редактора. Сейчас на пенсии, но продолжаю писать, являюсь обозревателем "Литературной газеты". Люблю путешествия, украинские народные песни и спортивные игры (особенно футбол)".
Он любил многое и умел любить.
Человек с отменной памятью, он никогда не забывал о тех, кто на том или ином этапе поддержал его, подал руку помощи, кто верил в него. Через всю жизнь пронес он, золотой медалист, благодарность своему школьному учителю литературы, уроки которого помогли мальчику из украинской провинции выдержать немыслимый конкурс на факультет журналистики МГУ.
Толя Друз, как звали Анатолия Ивановича друзья и коллеги до его последних дней, прошел в "Известиях" все стадии жизни, а значит, и все этапы журналистского роста: творческого, должностного, человеческого. Истинный универсал, он умел в газете все: писать, редактировать, организовывать. Он был профессионалом до мозга костей. В разные годы множество раз редакция бросала его на самые горячие участки, на организацию всевозможных кампаний, зная, что Друз "вытянет, что-нибудь придумает". И он вытягивал, придумывал. "Известия" стали - без преувеличения - его второй родиной, для репутации и благополучия которой он сделал очень много, по праву заняв место в славной когорте лучших советских и российских журналистов.
Он всегда, когда бодрствовал, работал - журналистом. Когда был здоров, да и, кажется, когда заболел - не на футболе, а по-настоящему. Даже его болезни последних лет жизни выглядели как своего рода командировки, как эксперименты. Чем-то вроде изучения воздействия опасных вирусов, прививаемых себе отважными исследователями. Болел - будто для того, чтобы пережить реальные ощущения человека, пораженного тяжелым недугом. С тем чтобы предельно точно, ради здоровья и блага читателей, воспроизвести их в очерках для газеты (он писал о пребывании в больнице).
Анатолий Друзенко всегда писал о том, что волновало его, и его всегда волновало то, о чем он писал. Вероятно, есть какая-то трагическая закономерность в том, что его не стало в те дни, когда отмечается 25 лет со дня рождения польской "Солидарности", о деятельности которой он много и честно писал в те годы, работая собственным корреспондентом "Известий" в Варшаве. Вот и к юбилею он закончил статью, которая ему, как рассказывал друзьям, далась очень непросто. Только что журнал "Новый мир" проанонсировал ее. Статья называется "Przeprasham (варшавская история)". Журналистика, которую он исповедовал, та, что создается отнюдь не механическим профессионализмом, никогда и никому не давалась просто. И здесь, как в поэзии, бывает: нагрянут строки горлом...
Он был из тех людей, которым никогда не бывает скучно и с которыми не бывает скучно. Он был отменным рассказчиком, мастером шутки и анекдота, но при этом никто лучше него не умел даже в редакционной кофейне, среди шума и звона посуды, с таким вниманием выслушивать своих коллег, когда они рассказывали не о последней командировке, а делились, под настроение, какими-то сложными личными переживаниями. Это он взял на себя труд подготовки и издания книги одного из наших умерших коллег - довел дело до конца, хотя это было очень непростое дело: прочесть сотни страниц рукописей, отредактировать, проделать всю техническую работу, договориться с издателями... Все соглашались, что это надо сделать, а он - сделал. Он умел по-настоящему любить - родных и близких, друзей, коллег. Он любил свою работу, газету, журналистику, чьи взлеты и падения принимал близко к сердцу.
Друз с удовольствием жил и работал, доставляя своей жизнью и работой удовольствие всем, кто читал его статьи и очерки, кто общался с ним. В нем было столько энергии, игры ума, теплоты, искренности, столько в нем было жизни, что, казалось, она никогда не кончится.
Он умер 30 августа во сне на 65-м году жизни.
https://iz.ru/1941284/2025-08-22/pashinian-grozit-revoliutciei-v-armenii-chto-eto-znachit
https://moscow-tombs.ru/by-years/druzenko_ai
Нам дороги его статьи о любимом писателе Юрии Казакове…