Полет сквозь годы. Ил-2 № 30516 летчика Павлова, 775 штурмовой авиаполк…
Подчас, читая строки приключенческого романа или смотря захватывающий остросюжетный фильм, ловишь себя на мысли – не может быть такого, вот же разыгралось воображение у автора…
Но бывает и так, что реальная жизнь оставляет далеко позади самый невероятный и замысловатый сюжет книги или фильма…
Два года назад мы опубликовали статью «Одиссея» старшего лейтенанта Павлова П.П., 775 штурмовой авиаполк 231 штурмовой авиадивизии.», https://vk.com/@-212498617-odisseya-starshego-leitenanta-pavlova-pp-775-shturmovoi-avia, посвященную летчику-штурмовику Петру Петровичу Павлову.
Весной 2020 года участник нашей команды Дмитрий Гладков обнаружил место падения самолета Ил-2 в лесу к северу от деревни Батино.
После долгой кропотливой работы на одном из многочисленных обломков был найден номер самолета – 30516, по которому мы смогли установить, что он входил в состав 775 штурмового авиаполка 231 штурмовой авиадивизии 1-й Воздушной Армии и был потерян 1 августа 1942 года.
Только, благодаря нашему другу – Игорю Михайлюку, сумевшему найти в Центральном архиве Минообороны России карточку – донесение на не вернувшийся с боевого задания самолет, удалось установить, что на Ил-2 № 30516 не вернулся с боевого задания 1 августа 1942 года командир звена лейтенант Петр Петрович Павлов.
Оказалось, что он остался жив, попал в плен, откуда бежал, сражался в рядах партизанского отряда и закончил Великую Отечественную войну в рядах штурмовой авиации.
Удалось разыскать живущего в Нижнем Новгороде сына летчика – Георгия Петровича, который поделился с нами воспоминаниями об отце…
А совсем недавно, в апреле этого года, на нас вышел житель Подмосковья, ветеран Вооруженных Сил Александр Павлов.
Участники нашей команды, в большинстве своем, люди с достаточным жизненным опытом, удивить нас не просто, но тут, признаться, и мы опешили…
Оказалось, он - …внук того самого летчика Павлова!
Отец Александра – Юрий Петрович, родился в 1934 году в Саратове, родители – Пелагея Афанасьевна Потапова и Петр Петрович Павлов.
Занявшись историей своей семьи, Александр смог найти архивные документы о том, что в 1934 году в Саратове жил единственный Петр Петрович Павлов, 1913 года рождения. Тот самый, герой нашего рассказа, на который и натолкнулся Александр в поисках сведений о деде…
В подтверждение своих слов, вместе с архивными справками он прислал нам несколько фото своего отца.
Буквально, одного взгляда на них было достаточно что бы понять – никаких сомнений в его родстве со старшим лейтенантом Павловым нет. Внешнее сходство оказалось просто удивительным!
Вполне понятно, мы сделали все, что бы потомки героя-летчика установили связь между собой…
Но и это оказалось далеко не все.
Получив подтверждение родства, Александр сумел ознакомиться в Центральном архиве Минобороны России с личным делом своего деда. Содержащиеся в нем документы поведали о несколько иной, но ничуть не менее славной, истории боевого пути старшего лейтенанта Павлова, и представители обеих ветвей его потомков попросили нас написать этот рассказ-продолжение.
…Весной 1942 года в Приволжском военном округе шло формирование 775 штурмового авиационного полка.
Ему еще предстоит в боях снискать заслуженную славу и стать 110 гвардейским штурмовым Висленским ордена Александра Невского авиаполком.
Ну, а пока в него только поступает летный состав, в основном – призванные из запаса вчерашние инструктора школ пилотов и аэроклубов Чувашской и Мордовской АССР и областей Поволжья – Ульяновской, Горьковской.
Все они имели большой навык летной работы и еще недавно сами готовили будущих летчиков, но раньше не служили в Военно-Воздушных Силах и не имели никакого боевого опыта. Только в полку они приступили к освоению Ил-2 и отработке его боевого применения…
Из боевой характеристики на командира звена 775 шап лейтенанта Павлова от 17 июня 1942 года, данной командованием 1-й эскадрильи полка – «…Окончил школу пилотов в Саратове в 1932 г., в Полтаве школу инструкторов летчиков. В КА и в ВВС с 1941 г. в данной должности, в полку, с 20.6.42 (очевидно, ошибочно, с 20 мая). Общий налет около 2000 часов… Летает на с-тах с 1934 г.: У-2, УТ-1, УТ_2, Р-5, Ил-2.
Как командир - летчик подготовлен хорошо. При переучивании на самолете Ил-2 к изучению новой матчасти относился серьезно и добросовестно. Курс теоретической подготовки окончил на хорошо. На Ил-2 вылетал после 6 провозных полетов. Техника пилотирования – отличная, летает уверенно, матчасть знает хорошо. Полеты по маршруту выполняются все с хорошей оценкой. Матчасть эксплоатирует правильно, в воздухе ориентируется хорошо. На самолете Ил-2 имеет посадок 58, налет 25 ч. Стрелял и бомбил на полегоне хорошо…
Вывод: по личной подготовке и практической работе может быть выдвинут на должность заместителя командира эскадрильи.»
Однако, командование полка внесло особое мнение – «Практической работы в штурмовой авиации еще недостаточно. 3.6.42 г. вследствие потери ориентировки произвел вынужденную посадку звеном Ермолино. Должности командира звена соответствует, но требует повседневного контроля.»
Примерно также обстояла ситуация с подготовкой остальных летчиков полка, с этим мы столкнулись, изучая документы, касающиеся другого летчика 775 шап.
Ил-2 был не так уж прост по сравнению с привычными бывшим инструкторам легкими учебными самолетами, к тому же обладал неважным обзором из своей бронированной кабины. В полку были не редкость летные происшествия – потеря ориентировки, вынужденные посадки с повреждением матчасти и травмами…
К тому моменту, когда летом 1942 года 775 шап вступил в бой, он был, пожалуй, наименее подготовленным среди полков 231 штурмовой авиадивизии, и поэтому в первые же дни активных боевых действий понес серьезные потери.
Не вернулся с боевого задания и лейтенант Павлов, который был исключен из списков, как пропавший без вести. Но он не погиб, а попал в плен, откуда бежал и сражался в партизанском отряде…
В 1943 году, в связи с тем, что в рядах партизанских отрядов, подчиненных Центральному штабу партизанского движения, сражались десятки и даже сотни квалифицированных летчиков, штурманов, стрелков-радистов, чьи самолеты были сбиты над оккупированной территорией, а также бежавших из плена, было принято решение о вывозе их на «Большую землю» для последующей проверки и использования по назначению.
И вот, в начале июня 1943 года, после семи месяцев пребывания в рядах действовавшего глубоко во вражеском тылу партизанского отряда, лейтенант Павлов оказался на подмосковной станции Сходня, где размещался Белорусский штаб партизанского движения, откуда был направлен в кадры ВВС Красной Армии.
Там ему пришлось пройти обязательную проверку, связанную с пребыванием в плену. Вот, что писал летчик-штурмовик Павлов об обстоятельствах своего пленения и последующих событиях в объяснительной записке на имя пункта сбора летно-технического состава ВВС Красной Армии – полковника т. Басова:
«В 1942 г. наш полк 775 шап действовал на западном фронте, оперировал район Ржева. 31 июля 1942 г. на втором боевом, в этот день, вылете был сбит зенитной артиллерией при следующих обстоятельствах.
В 14.35 получил приказ от командира полка на боевой вылет с заданием – уничтожить скопление войск, как пехоты, так и мотомехчастей в районе Ржева.
Вылет состоялся 14.35, точно не помню, по этому маршруту. Летели 4 самолета с пом. ком. эскадрильи лейтенантом Митрофановым. По маршруту летели хорошо, с приближением линии фронта стали снижаться и шли над лесом на высоте 20-25 метров.
Пролетев линию фронта со стороны Старицы, не помню сколько километров, слышу сильный глухой удар в моторной части, после этого мотор сразу резко сбавил обороты, а впоследствии остановился.
В это время я стал самолет постепенно отворачивать на свою сторону, но с-т стал снижаться к земле, слышу, что стал задевать самолетом верхушки деревьев и после этого я ничего не помню, сколько времени я находился без сознания, этого я не знаю. Слышу стук и удары винтовкой по плечу. Я в это время поднимаю голову, смотрю по сторонам с-та, который был весь поломан стояли немцы слева и справа и кричали что-то непонятное. Вытащили из самолета и повели 3 или 4 чел., а остальные остались у с-та. Знаки различия и реглан с меня сняли. Привели в блиндаж, который находился не особенно далеко. По пути следования мною была выброшена кандидатская партийная карточка.
Здесь с меня сняли допрос, дальше отправили в Ржев в их госпиталь на перевязку руки и головы.
1 августа отправили в г. Вязьму, где пробыли 4 дня вместе с лейтенантом летчиком 625 шап Михалевым Евгением. Не помню, 6 или 7 августа нас отправили. Перед отправкой за день с нас был снят 2-ой допрос и на следующий день нас двоих отправили поездом в г. Лодзь.
Прибыли 13 августа в лагерь, где пробыл полтора мес., откуда нас летный средний и техсостав и мл. ком. состав в количестве 100 чел. отправили в г. Варшаву, где пробыл один мес. и нас из Варшавы отправили только средний, старший комсостав обратно в Лодзь.
На обратном пути я, Тертичный (штурман), 750 БАП, Смирнов, Сахаров и 2-ое не помню фамилии, договорились бежать. Как отъехали от ст. Скерновицы примерно 10-15 км, в 8.30 и 9.00 15 октября вечера стали выпрыгивать из вагона через окно, в это время погода была низкая облачность, с малым дождем, ночь была темная.
Когда прыгали из вагона, падали друг от друга на расстоянии 150-200 мтр. Когда я упал и лежал до прохода состава. Как только состав прошел, смотрю на меня идет черная тень, кричу: «Коля!», который был должен прыгать за мной. Он отвечает: «Я, Павлов». Я ему говорю: «Давай возьмем направление под 20° от дороги.»
С Тертычным шли 21 день на территории Польши и 6 ноября попали в партизанский отряд, который находился БССР в р-не Кополя до 4 июня 1943 года.
Был в отряде первое время рядовым партизаном, после ком. взвода, последнее время начальником штаба отряда по 4 июня 1943 года.»
Вне всякого сомнения, Петр Петрович, составляя объяснительную записку, ошибся в дате своего последнего боевого вылета - по всем имеющимся архивным документам 231 шад, он не вернулся с боевого задания 1 августа, а не 31 июля 1942 года…
С учетом «вновь открывшихся обстоятельств» мы еще раз проанализировали имеющиеся сведения о действиях 775 шап 1 августа.
В тот день полк, базировавшийся на полевом аэродроме Дары, что в 15 км к северу от Старицы, произвел 23 самолетовылета, выполняя задачу по уничтожению живой силы и техники противника к северу от Ржева - в районе Тимофеево, Лазарево и разрушению переправ через Волгу между Ржевом и Зубцовом.
С боевого задания не возвратилось 11 самолетов, 8 из них произвели вынужденные посадки, о 3-х сведения отсутствовали.
Вероятнее всего, маршрут к цели проходил мимо Старицы, далее на юго-юго-запад, пересекая линию фронта в районе Орехово – Крупцово, с последующим поворотом на запад над лесными массивами в ближних тылах противника к северу от Зубцова.
Другие полки дивизии действовали по тем же целям, а также по дороге Ржев – Зубцов и району Алексино.
Так, пятерка Ил-2 289 шап – наиболее боеспособного полка дивизии, получившего боевое крещение в первые же дни войны, во главе с командиром 1-й эскадрильи старшим лейтенантом Николаем Анфиногеновичем Калашниковым, атаковала скопление пехоты и до 120 автомашин в Батино и на дороге Батино – Житинки, в результате, без потерь уничтожила до 40 солдат, 10 автомашин, 1 автоцистерну.
По словам ныне покойной жительницы деревни Батино Тамары Николаевны Сафрыкиной, тот удар штурмовиков по технике оккупантов, замаскированной среди строений деревни, уничтожил гораздо большее количество автомашин и тягачей, а также сжег половину деревни.
Активные действия нашей штурмовой авиации взбудоражили противника на этом еще недавно спокойном участке, и где-то в районе Алексино – Болотово шедшая на бреющем полете четверка Ил-2 775 шап нарвалась на изготовившуюся к бою немецкую малокалиберную зенитную установку.
От огня в упор не могла спасти броня. Смертельно раненый штурмовик Петра Павлова отстал от строя, отвернул влево. Распугивая немецких солдат, он грозной тенью скользнул в дыму от горящих на дороге Житинки – Батино машин, пронесся еще полторы сотни метров, круша мелколесье, и врезался в торфянистый грунт на краю болота…
Теперь уже, пожалуй, не узнать, почему среди изученных нами документов 14 мотопехотной дивизии Вермахта, в полосе которой упал Ил-2 лейтенанта Павлова, нет никаких сведений о пленении летчика.
Быть может, летчик был взят в плен водителями автомашин, не входившими в состав 14 мд, либо Петр Петрович, вполне резонно желая избежать в ходе проверки излишних вопросов об обстоятельствах пленения, в своей объяснительной сообщил, что был захвачен в бессознательном состоянии. Нельзя исключать того, что он мог оказаться тем самым скрывшимся с места вынужденной посадки пилотом одного из двух советских истребителей, севших в районе Боярниково и севернее Батино, о которых упоминалось в донесении 14 мд на следующий день, и был взят в плен уже в другом месте. Ошибка же в определении типов самолетов была обычным делом как для советской, так и для немецкой пехоты…
После того, как самолет лейтенанта Павлова был сбит, оставшиеся три штурмовика во главе с лейтенантом Митрофановым продолжили свой путь к цели в районе севернее Ржева.
Иван Павлович Митрофанов на свой аэродром не возвратился. Достоверно сказать, кто были те два летчика, которых он вел в своем последнем боевом вылете, уже вряд ли получится. В тот день получили повреждения от огня зенитной артиллерии над целями и атак вражеских истребителей 9 самолетов полка, все они произвели вынужденные посадки в разных местах, их летчики вернулись в полк в течение нескольких дней. Но никто из них ничего не знал о судьбе лейтенанта Митрофанова. Очевидно, он был сбит в районе цели или при отходе от нее и погиб…
Спустя месяц после Победы, 9 июня 1945 года, командир 995 шап подполковник Павел Филиппович Симонов утвердил аттестацию на командира звена лейтенанта Павлова, согласно которой, тот произвел 5 боевых вылетов в составе 755 шап (110 гшап) и 16 – в составе 955 шап, отлично владеет техникой пилотирования, не теряется в сложных метеоусловиях, в боях проявил себя мужественным и смелым летчиком…
Вывод аттестации – занимаемой должности соответствует, целесообразно оставить в кадрах ВВС КА в занимаемой должности.
Но в послевоенные дни действовало бескомпромиссное требование – все побывавшие в плену подлежали увольнению из Военно-Воздушных Сил, и в августе 1946 года он был уволен в запас в звании старшего лейтенанта…
Работая над этим материалом, нам удалось установить еще нескольких упомянутых в предоставленных Александром Павловым архивных документах летчиков…
Лейтенант Михалев из 625 шап, с которым его дед находился в плену в Вязьме, – летчик 235 шап сержант Евгений Михайлович Михалев, 2 августа 1942 года не вернулся с боевого задания из района Тимофеево, попал в плен, был освобожден в мае 1945 года, в 1985 году награжден орденом Отечественной войны II степени.
Спутнику Петра Павлова в трехнедельных скитаниях по Польше после бегства из вагона, в котором везли военнопленных летчиков, - Николаю Трофимовичу Тертычному судьба уготовила короткую, но яркую жизнь.
Он родился в 1913 году в городе Тростянец, что в Сумской области. В ноябре 1935 года вступил в ряды Красной Армии, и по окончании школы младших авиаспециалистов служил стрелком-радистом в бомбардировочной авиации.
Принимал участие в гражданской войне в Испании в качестве стрелка-радиста бомбардировщика СБ. За проявленные мужество и отвагу был награжден орденом Красного Знамени. В 1939 году окончил Чкаловское авиационное училище по направлению подготовки штурманов.
С начала Великой Отечественной войны воевал в составе экипажа ночного бомбардировщика сформированной из наиболее опытных пилотов Гражданского Воздушного Флота и кадровых военных штурманов и стрелков «группы Бицкого», преобразованной впоследствии в 750 авиаполк дальнего действия. В феврале 1942 года лейтенант Тертычный награжден вторым Орденом Красного Знамени.
29 июля 1942 года самолет Ил-4 750 ап ДД с экипажем - летчик лейтенант Кришталь, штурман старший лейтенант Тертычный, стрелок-радист старшина Кривоносов, воздушный стрелок старший сержант Зинченко, не вернулся с боевого задания. Как стало известно много позже, самолет разрушился при прохождении грозового фронта, экипаж покинул его на парашютах над оккупированной территорией.
Лейтенант Виктор Кришталь и старший сержант Павел Зинченко пропали без вести. Раненый стрелок-радист Григорий Кривоносов попал в плен, откуда через год бежал и в октябре 1943 года вернулся в свой полк, прошел всю войну.
Очевидно, именно то, что Николай Тертычный был штурманом дальней авиации, сыграло свою роль в конечном успехе беспримерного «путешествия» его и Петра Павлова по оккупированной немцами Польше.
Вскоре после того, как они добрались до партизанского отряда имени Котовского, немцы активизировали действия против партизанской бригады имени Ворошилова, в которую входил этот отряд.
Две недели шли упорные бои, после которых бригада была вынуждена отойти в Лавский лес, что в Копыльском районе Минской области.
Один из заслонов на пути наступления карателей был выставлен неподалеку от деревни Клетище, на кладбище, у развилки дорог, ведущих из Лотвин, Телядовичей и Язвин к деревне Лавы, где размещался партизанский госпиталь. Группа под началом командира взвода отряда имени Котовского, бывшего сотрудника милиции Викентия Дроздовича состояла всего лишь из восемнадцати (долгое время считалось – семнадцати) молодых партизан, самому младшему из них было 15 лет.
3 декабря в ходе завязавшегося ожесточенного боя, шедшего в течение четырех часов, было отбито 8 атак, что позволило подразделениям бригады вместе с обозом и мирными жителями уйти из опасного района. Противник потерял в бою до 85 человек, но ему удалось окружить малочисленную группу партизан, которые израсходовав боеприпасы, вступили в рукопашную схватку с врагом и погибли. В том бою геройски погиб и лейтенант Николай Тертычный.
В 1965 году Викентию Иосифовичу Дроздовичу за этот подвиг было посмертно присвоено звание Героя Советского Союза, остальные бойцы его группы были награждены орденами Отечественной войны I степени.
Именем Николая Тертычного названа улица в деревне Лесное Копыльского района Беларуси.
История того неравного боя группы партизан получила широкую известность, Викентий Дроздович и Николай Тертычный изображены на переднем плане картины «Подвиг семнадцати («Лавский бой»)» народного художника СССР Михаила Савицкого. Только вот о том, когда и как Николай Тертычный оказался в партизанском отряде имени Котовского, стало доподлинно известно только сейчас, в результате предпринятого Александром Павловым архивного поиска, так что летный шлем на голове штурмана-партизана на этой картине становится, по большей части, аллегорией …
Среди других летчиков - участников побега 15 октября 1942 года из поезда, перевозившего военнопленных из Варшавы в Лодзь, Петр Петрович указал также фамилии Смирнов и Сахаров. Простые русские фамилии, очень распространенные, и утверждать что-либо на основании их упоминания невозможно.
Но, нельзя исключать и того, что среди них мог оказаться еще один летчик-штурмовик, сражавшийся в наших краях – командир эскадрильи 671 шап 212 шад капитан Виктор Лукьянович Смирнов, как и лейтенант Павлов, до войны живший в Чувашии.
25 августа 1942 года пятерка Ил-2 ставила дымовую завесу на участке Шопорово – Строево. По наблюдению экипажей, самолет капитана Смирнова был сбит огнем зенитной артиллерии и с высоты 5 – 10 метров упал на землю восточнее Шопорово.
Никаких сведений о его судьбе более нет, но при падении отличавшегося завидной прочностью штурмовика с малой высоты он вполне мог остаться в живых и попасть в плен…
Вот так, сбитый огнем немецких зенитных автоматов 1 августа 1942 года Ил-2 № 301516 летчика Павлова «продолжил полет через годы» и, спустя восемьдесят с лишним лет, смог не только соединить две ветви потомков пилота, но и открыть новые страницы из истории и назвать нам, ныне живущим, имена еще нескольких героев…
Мы надеемся, что в обозримом будущем нам удастся завершить историю, связанную с именем еще одного летчика 775 шап, о судьбе которого стало известно, опять-таки, благодаря все тому же самолету, что произвел вынужденную посадку в лесу у Батино 1 августа 1942 года…