Воспоминания о рождении книги «Владимир Жариков» 2008 – 2009 гг.
… Сегодня, когда ушёл Владимир Павлович Жариков – 2 дня назад, - 13 февраля 2020 года, в возрасте 88 лет, - сердце спазмирует боль и непроизвольно льются слёзы, - жаль, безмерно жаль, что ушёл от нас хранитель Духовности Златоуста, Великий Человечище; дитя, прошедшее через взрывы Великой Отечественной войны (в 1941 году ему было 9,5 лет); очень талантливый, добрейший и светлейший…
Горечь и тяжесть неимоверны, - наверное, поэтому решила поднять в памяти тот светлый нелёгкий и памятный год – с лета 2008 до лета 2009 года, - год моего знакомства с Великим Скульптором и Человеком (т.е. и моего знакомства), и моего мужа, - уже ушедшего краеведа, писателя, художника Владимира Толкача.
……………………………………….
Это Знакомство с В.П. Жариковым пришло через другое знакомство, - в 2006г. мы создали семью с Владимиром Толкачем, и муж познакомил меня со своим другом Евгением Алексеевым, - с которым они совместно начинали книгу о старейшем кладбище г. Златоуста на Берёзовой роще.
Книгу они писали в 2004 – 2005 годах, почти год Владимир Толкач работал в Златоустовском архиве, искал документы, переписывал их; зарисовывал уцелевшие памятники и эпитафии. Можно сказать, что Вова и Женя на коленях «перепахали» не один гектар старого «заброшенного» кладбища, на котором на высокой траве паслись местные, златоустовские коровушки.
Получилась сильная, историческая книга, на историческом архивном материале, с художественным прикосновением к теме двух художников (художник Владимир Толкач был учеником сильного художника, основателя художественно-графического отделения Златоустовского педагогического училища Юрия Николаевича Эйбушитца).
Евгений Алексеев, в свою очередь, в начале своего творческого пути закончил художественно-графическое отделение ЗПУ, и его учителем была искусствовед Виктория Захаровна Жарикова, - жена златоустовского скульптора Владимира Павловича Жарикова. (Евгений впоследствии учился в Екатеринбурге, и стал кандидатом искусствоведения, доцентом кафедры истории искусств Уральского государственного университета).
Через Златоустовское педагогическое училище прошло пересечение ещё двух судеб – преподавала на худграфе и Татьяна Ивановна Эйбушитц, тогда жена Ю.Н. Эйбушитца.
В.П. Жариков преподавал в педагогическом училище рисунок, композицию и скульптуру с 1958 по 1963 год.
Его первая супруга, Виктория Захаровна Жарикова, преподавала на худграфе историю искусств и декоративное искусство до 90-х годов.
В 1989 году Виктория Захаровна умерла. И это стало страшным ударом для В.П. Жарикова, с которым у Виктории Захаровны было 3 сыновей.
Но неисповедимы пути Господни: семьи Жариковых и Эйбушитц дружили, и после боли, потерь, когда Татьяна Ивановна и Владимир Павлович овдовели, - Господь соединил их судьбы, отогрел одинокие души: они создали семью. В июне 1996 г. родился Иван Владимирович Жариков – младший из четырёх сыновей В.П. Жарикова … Видимо, не бывает в жизни случайных пересечений судеб.
В июне 2006 года мой муж Владимир Толкач познакомил меня со своим другом, соавтором и единомышленником Евгением Алексеевым. Я тоже училась в одни годы с Евгением в златоустовском педагогическом училище, - только на трудовом отделении.
Женю лично я не знала, но сразу вспомнила, когда Вова нас познакомил – мы приехали в гости к Евгению в Екатеринбург: В 90-е годы ходил по ЗПУ строгим шагом худенький паренёк в строгих очках, с серьёзным взглядом, - и я знала, что он учится на параллельном курсе – на художественно-графическом отделении. Видеть-то я его видела, а познакомились мы только в 2006 году – и я сразу почувствовала в нём друга и единомышленника.
Утончённый искусствовед Евгений Алексеев водил нас по музеям и Храмам Екатеринбурга, и с уважением, и почтением относился к стихам вообще, и к моим – в частности.
Я легко определяю поэтов по глазам, - и в Жене был виден поэт, - все его искусствоведческие статьи были наполнены поэтическими образами, музыкальными и философскими этюдами. Это нас роднило. Но, кроме поэтичности, чувствовался в Евгении Алексееве серьёзный учёный – историк, глубокий, вдумчивый, и я сразу ему предсказала (есть у поэтов иногда такая способность!), что вскоре он станет профессором, а позднее – академиком Е.П. Алексеевым.
Так что знакомство, тут же ставшее духовным родством и дружбой единомышленников, переросло в творческий союз нас троих – Людмилы Дугарь-Толкач, поэта, и двух художников и историков – Владимира Толкача и Евгения Алексеева.
Летом 2008 г., после поездки в г. Екатеринбург, мы приглашали с мужем Владимиром в г. Златоуст своего друга Женю Алексеева.
Женя перенял любовь к искусствоведению от своего замечательного педагога-искусствоведа, Виктории Захаровны Жариковой.
Я, учась в ЗПУ, знала В.З.Жарикову, - и мне даже один раз с моей группой «трудовиков» посчастливилось побывать на её уроке по истории искусств, - не было какого-то преподавателя, и нас объединили с группой худграфа, чтобы мы не слонялись час без дела.
Этот урок я запомнила на всю жизнь: красивая женщина красиво и ярко рассказывала об искусстве, по-моему, Древней Греции, - и это был Урок- Феерия, Вспышка ярких чувств, фонтан эмоций и красивых картин и скульптур – мелькали салютом красивое одухотворенное лицо Виктории Захаровны, красивый рассказ о каждом произведении искусства и слайды с диапроектора (а год это был 1984-ый)! Я была просто очарована этой Женщиной и Учителем, да и все студенты; в неё было невозможно не влюбиться!
Я понимаю, почему Женя. с лёгкой руки Виктории Захаровны, полюбил искусствоведение: и, со слов моего мужа Володи, побывавшего на уроке Жени в Екатеринбурге, - Женя стал таким же искромётным и завораживающим студентов Искусствоведом и Преподавателем!
…И вот, в момент нашего общения за чаем, Женя второй раз за лето возобновил разговор о том, что надо написать биографическую книгу о скульпторе Владимире Жарикове, - походить к нему в мастерскую, побеседовать, позаписывать его рассказы о его жизни и судьбе из уст самого скульптора. Попутно Евгений поведал нам с Вовой про его визиты к старой художнице, которая жила в Екатеринбурге,- к которой Женя с большим почтением ходил в гости и записывал её рассказы о жизни и богатой событиями судьбе…
– Вы уж, ребята, походите к Владимиру Павловичу в мастерскую. Я его очень люблю и уважаю, но, поскольку живу и работаю в Екатеринбурге, не смогу к нему ходить при всём своём желании.
Мы с Вовой согласились на это предложение с большим желанием. Оба трепетно относились к Человеку, Большому Скульптору и Патриоту Златоуста, который много скульптур подарил уральскому городу.
Важно было ещё и при жизни написать книгу его Жизни, - и подарить ему с благодарностью за высокодуховное творчество от нас и всех земляков.
Я, как слабовидящий, но ясновидящий поэт, уже «видела» эту книгу и не сомневалась ни минуты, что она будет издана!
Мы все втроём понимали, что лучшей наградой за наш труд над книгой будет радость Скульптора и наше моральное удовлетворение от того, что результаты нашего труда можно будет подержать в руках.
Женя уехал, оставив нам диктофон и деньги на коньяк, -чтобы мы ходили в гости к В.П. Жарикову с 250-гаммовой бутылочкой любимого его напитка,- восстанавливать силы Творца после наших бесед с ним!
Стоял неплохой август 2008-го года: тёплый, с первыми грустными прохладными опавшими жёлтыми листьями; с утренней свежей предосенней прохладой…
Я с 2001 г. работала в Управлении социальной защиты населения специалистом в отделе по работе с семьёй и детьми, и пресс-секретарём по совместительству.
Работа в сфере соцзащиты давала мне простор для общения с людьми самых разных категорий обслуживаемого населения. Я работала с людьми и готовила материал для газеты о многодетных семьях, ветеранах, инвалидах, о воинах-интернационалистах (кстати, не раз писала о сборе средств попечительского Совета над памятником В. Жарикова «Скорбящая мать», который возглавлял в то время заместитель Главы округа В.Е. Кузнецов).
Писала о фронтовиках – участниках Великой Отечественной войны, о блокадниках, ликвидаторах аварии на Чернобыльской АЭС, о репрессированных и реабилитированных, о творческих конкурсах и фестивалях городских обществ инвалидов, о городских и областных праздниках в День семьи и День Матери, об оздоровлении детей в лагерях и губернаторских новогодних подарках и многом другом…
Был у меня в отделе семьи и богатый опыт по составлению характеристик на многодетных матерей, их семьи – каждого из детей, мужа. Надо было подробно описать со всеми наградами и заслугами, описать заслуги и награды самой многодетной мамы, да ещё подробно осветить весь жизненный путь семьи, начиная от рождения родителей до первых школьных успехов их детей и собственного трудового пути каждого члена семьи.
Для этого я беседовала с самой мамой и с кем-то из детей; приобщала информацию по краткой характеристике мам, подводила итоги, добавляла информацию по всем наградам всех членов семьи (из трудовых книжек, грамот, дипломов, и наградных документов на медали и знаки отличия) – эту характеристику на маму и семью мы отправляли с копиями всех документов в Министерство социальных отношений Челябинской области, где каждую кандидатуру мам рассматривали на предмет награждения её знаком отличия за многодетность. Опыт по описанию жизни и подвигов мам у меня был очень богатый, и поэтому перед работой над будущей книгой о скульпторе и его жизни я первым делом составила подробный план бесед с нашим героем; начиная с рождения, войны, учёбы, и продолжая приездом в Златоуст, семьёй, дружбой, описанием друзей-художников, работ скульптора.
… В сентябре 2008 г. наступил знаменательный день нашего знакомства с В.П. и Т.И. Жариковыми.
Предварительно созвонившись с Татьяной Ивановной, мы с Вовой захватили с собой волнение, приподнятое настроение; диктофон, план работы и 250 гр. коньяка, и отправились в мастерскую Жариковых по адресу: ул. Тургенева, дом 7.
…С трепетом входим в первый раз в мастерскую скульптора. Осматриваем этот простор с полками, стеллажами, с большими и малыми работами из гипса, мрамора, глины; книги по искусству на полках; закинутые влажной материей свежие работы из глины (глина не должна пересыхать).
Огромные окна, выходящие во двор дома, под ними зелёная трава, опадающие листья и много солнца.
Нас встречает милая, приветливая и красивая пара – очень добрый (глаза так и лучатся добротой и отзывчивостью!) крепыш с сильными руками; глаза огромные, живые, тёплые и участливые. Согласовала план работы с В.П. Жариковым.
– Владимир Павлович, на сегодня тема «Детство. Война»
Хозяин мастерской тяжело вздохнул, глаза погрустнели и потемнели:
– Ребятушки, давайте не будем меня мучать! Давайте лучше чай попьём!
– Нет, Владимир Павлович! – не соглашаюсь я.- Сначала работа, Ваш рассказ, потом – чай!
Владимир Павлович снова тяжело вздыхает, и начинает отвечать на мои вопросы.
Пока дело касалось Рода Жариковых («Жарик – это огонёк, кузнецы в роду нас были», – охотно поясняет он), на вопросы о дедушках, бабушках, родителях, семье он отвечал быстро, задорно, с желанием.
Когда началась тема войны, ему стало больно вспоминать о военном детстве, в пучину которого он попал с младшей сестрой Валюшкой, которая на 7 лет младше брата, - очень трудно, через боль, Скульптор отвечал, вспоминал…
Я понимала его боль (уже пересекалась с болью воспоминаний фронтовых подруг, - с которыми встречалась для интервью перед Днём Победы). Я, как поэт, очень чувствую их боль, впитываю; и потом дня три болею, потеряв все силы: «То что было не со мной, – помню»… Я извинилась за причинение ему боли; за то, что заставила весь этот ад вспоминать…
– Простите меня, ради Бога, Владимир Павлович! Вам больно, но никто, кроме Вас, не расскажет об этой странице вашей биографии!
Он,человек отзывчивый, деликатный, культурный и покладистый,- не может отказать мне, – женщине.
… И вот уже бегут Вова с сестрой Валей в деревню Соловейку к родственникам, и видят, как немецкий самолёт расстреливает в поле пастухов и коров…
Фонтанчики пыли брызнули у ног детей, и они поняли, что стрельба ведётся по ним: лётчик стал пикировать и стрелять по детям из пулемёта. Они бежали, падали, разбивали коленки… А он, фашист, стрелял, пока не кончились патроны…
– В деревеньку мы прибежали с разбитыми носами и коленками, грязные и зарёванные. Слава Богу, что остались живые! – с трудом завершает он свой рассказ.
И я, терзаясь муками совести, что разбередила эти детские раны – военные воспоминания, – сдаюсь, и ставлю в этот день точку в интервью.
Скульптор наш веселеет, теплеет глазами и радуется, как ребёнок!
– Вот и хорошо, ребятушки! Чай пить будем, – Татьяна Ивановна всё приготовила!
Татьяна Ивановна – милая, женственная, улыбчивая и гостеприимная хозяйка в мастерской.
Она сама – хороший мастер по декоративно-прикладному искусству, – делала различные сувениры, тарелочки из глины. Керамические изделия её были добрыми и тёплыми, и, как рассказал Владимир Павлович, почти все свои работы она раздарила или раздала.
Очень радушная, интеллигентная, много ведающая о новостях в мире искусства и живописи, – она была и осталась для меня учителем педагогического училища. К таким людям, которые учили будущих учителей, у меня особое отношение – я сама выпускница педагогического училища 1986 года выпуска. Наши учителя были очень умными, мудрыми, талантливыми, и дали нам такую базу знаний, с которой ничего не страшно. Многие из нас легко поступали в университеты и институты.
Из нас, выпускников ЗПУ, легко получались тогда разносторонние личности: писатели, поэты, журналисты, художники, управленцы и учителя, - независимо от того, какое отделение мы заканчивали – художественно-графическое, школьное или трудовое. Я с низким поклоном вспоминаю всех учителей, вкладывавших в нас душу, и очень благодарна Барановой Нине Фёдоровне, Почетному Гражданину г.Златоуста, - которая была в то время директором ЗПУ; Гавриловой Тамаре Павловне, Балим Тамаре Михайловне, Машьяновой (Удашовой) Марии Григорьевне, Соколовой Вере Фёдоровне, Нестеровой Валентине Семёновне, Яблонской Раисе Петровне, Потехиной Нине Ивановне, Дэшко Борису Семёновичу, Лыжиной Фане Афанасьевне, Терминову Олегу Алексеевичу.
Не менее любимы студентами были учителя-художники и учителя-музыканты. Из таких учителей-самородков (которые совершенствуются и занимаются самообразованием до конца своей жизни), были две жены В.П. Жарикова – Виктория Захаровна, и Татьяна Ивановна. Низкий им поклон!
Были,- потому что Виктория Захаровна ушла из жизни в 1989 году, а Татьяна Ивановна, тоже вкладывающая душу во Владимира Павловича и поддерживающая его во всём; не только духовно, но и физически – уже в 2010 г. Владимиру Павловичу было трудно ходить – болели суставы, и мы с моим мужем Володей никогда не забудем, как супруги Жариковы шли в мастерскую,( которая давала скульптору жизненные силы, наполняла вдохновением и восторгом:
– Я палец в глину засуну, и балдею! – радовался он).
Так вот, они шли друг за другом, и Татьяна Ивановна была поводырём, а Владимир Павлович трогательно и надёжно шёл за ней, крепко держась за её плечо своей ладонью…
…Татьяна Ивановна ушла из жизни в декабре 2018 г., надломившись от длительного инсульта мужа, и постигшего её онкологического заболевания…Он пережил двух спутниц, двух прекрасных жен…
Обе женщины, - жёны великого скульптора, очень любили его и вложили в него все силы своих душ.
Обе помогали, поддерживали.
Мало того, - в этой любви-дружбе Жариковых были очень возвышенные отношения: любя друг друга, заботясь друг о друге, Владимир Павлович и Татьяна Ивановна бережно хранили память о своих ушедших супругах, - вслух говорили благодарно о них – о Виктории Захаровне и Юрии Николаевиче Эйбушитце, – и всегда помнили их, и при юбилеях Ю.Н. Эйбушитца оба вкладывали душевные силы в сохранении памяти о нём – Учителе, Художнике, Основателе худграфа в ЗПУ – организовывали выставки Ю. Эйбушитца, готовили буклеты о нём.
Все четверо они были хорошими друзьями, прекрасными учителями и духовно - близкими людьми, - поэтому память о двоих ушедших из этого дружеского союза была священной, и само собой разумеющейся – просто иначе и быть не могло.
Эти высокие отношения, благородные, простые и естественные, вызывали чувство благодарности у нас с моим мужем Владимиром, и мы любовались ими.
………………………………………..
Наши встречи-беседы в мастерской с супругами Жариковыми продолжались до весны 2009 года.
Всего мы приходили с диктофоном раз семь, часа на четыре (включая беседу, чай и коньяк).
Я понимала, что Владимир Павлович чувствует себя не очень хорошо - артрит, больные ноги, и силикоз – забитые порошком гипса и алебастра лёгкие - давали о себе знать.
Душа-то его была молодой, бодрой, задорной в его 70-77 лет в то время, но он частенько заходился тяжёлым кашлем, и ходить до мастерской ему было больно – ноги сильно болели. Но и Татьяна Ивановна, и мы с мужем Вовой знали, что мастерская для него – спасение, лучшее лекарство и живая вода, его молодость и сила.
Здесь он сразу оживал и молодел, забывая про все болезни. И лишь когда первый инсульт подкосил его, а потом – и следующий, и выходить из дома стало невозможно, - это стало началом угасания его – нашего златоустовского скульптора, нашего Жарикова… («жарик» - горящий уголёк).
…………………………………….
Встречи в мастерской – это было что-то особо тёплое, уютное, светлое и душевное.
Владимир Павлович доверительно и искренне рассказывал о своей жизни, - так доверчиво исповедоваться могут только чистые души и дети – им нечего скрывать от мира!
… С особым трепетом подал нам в руки книгу из своего тяжёлого военного детства, которую мальчонкой он нашёл в руинах дома.
Владимир Павлович берег её с военного детства, пронёс через всю жизнь, считал её своим благословением и указанием на своё жизненный и творческий Путь.
Он искренне верил, что она, эта книга,- «Жизнь и труд святого отца нашего, Иоанна Златоуста, Архиепископа Константинопольского»,- 1898 года издания, привела его в уральский город Златоуст, наполнила духовной силой и вдохновила на создание таких духовных скульптур, как Иоанн Златоуст и Оранта – образ которых он вынашивал в душе по 30-40 лет жизни.
Да и духовная работа, все его творчество, – всё это было во имя Златоуста: Златоусту он посвятил более полувека работы скульптором – создавая руками, сердцем и душою духовный фундамент города, начиная с памятного 1958 года, когда он прибыл сюда с молодой женой Викторией и трёхлетним сыном Павликом, – приехал в Златоуст, чтобы остаться в нем навсегда.
Природа и художники их порадовали, но были и житейские трудности, и бытовые, которые они преодолели.
Потому и рождались здесь и сыны, и скульптуры: в 1959 году родился Андрей, а в 1971 г. – Артём.
….В союзе с Татьяной Ивановной в 1996 г. родился сын Иван, - награда за потери; радость жизни и возвращение молодости.
… Первую ночь в Златоусте Виктория, Владимир и Павлик провели в мастерских, где ночью бегали крысы, а родители (с Жариковыми приехали в Златоуст Волковы с маленькой дочкой) не спали, оберегая от грызунов сон детей.
Утром первым в мастерскую пришёл художник Юрий Павлович Азеев, тепло обнял и порадовался прибытию двух молодых художников: «Пусть искусство в Златоусте развивается!»
Потом жили в доме Анатолия Ивановича Шатрова по ул. Спорта, искали жильё в частном секторе. Но хозяева семейных не брали.
Получив пять отказов от хозяев жилья, обратились в горисполком. Первым жильём в Златоусте стал кирпичный двухэтажный дом на ул. Громатушной, недалеко от мастерской.
Волковы жили на первом этаже, Жариковы – на втором. Дом оказался очень холодным – кирпичи зимой промерзали, вода в доме замерзала в лед, а маленький Павлик спал в пальтишке…
Потом дали жильё в квартире на четырёх хозяев на ул. К. Маркса , 31. Здесь был случай, когда к Виктории приставал сосед, и Владимиру пришлось применить в защиту жены мужскую силу (а во время учёбы он занимался боксом). Ударил один раз, сосед потерял сознание, но с тех пор обходил и соседа-скульптора, и его жену стороной.
На ул. К. Маркса родился второй сын, Андрей. Позднее дали квартиру, в которой родился сын Артём, и в которой Владимир Павлович жил до последнего своего дня – до 13 февраля 2020 года – на ул. Островского, д. 1Б…
…………………………………
Во время встреч-бесед рассказывал Владимир Павлович с охотой о годах учёбы, о своих учителях, о друзьях – художниках.
Обо всех у него находилось доброе слово, в каждом его зоркий ум и сердце находили индивидуальные качества и заслуги, таланты.
… Вообще, для меня Владимир Павлович Жариков – образец Человека, который искренне любит город и людей, прощает им слабости.
Он рождал своим опытом, добротой и мужеством настоящие афоризмы, которые могли бы научить жизни многих молодых:
«Духом слабые – ждут наград, сильные духом – борются (работают)»
«Кредо: жизнь – простота – стремление к совершенной форме»
« Скульптура – это поэзия форм, гармония объёмов, метафоричный сгусток мыслей»
« Для художника мало иметь мастерство – нужно ещё мастерски спеть своим голосом свою песню, которая бы пела от самого-самого сердца!
«Вдохновение нужно беречь и всё время ждать его, но ждать не сложа руки, а денно и нощно работать, тогда оно явится обязательно.
И если:
Есть талант,
Есть чувство,
Есть мастерство, есть мужество,
И вы любите жизнь, -
То родится добрая, хорошая работа»
«Мужество необходимо солдату, - художнику его нужно во сто крат больше»
«Юности присущ задор, мужеству – зрелость, сединам – мудрость.
Но художник в любом возрасте должен обладать всеми этими свойствами одновременно. И только вместе – задор, зрелость и мудрость – рождают настоящий и светлый талант»
«Видеть только своё, идти только от себя и через себя»
Это – из рукописного дневника скульптора В. Жарикова «Отметины резца» за 1972 – 1996 годы.
За дневник и разрозненные записи, за рукописные листки со стихами В Жарикова- отдельное и огромное спасибо Татьяне Ивановне Жариковой!
…Стихи он мне не дал бы, – сам об этом сказал, как поэт – поэту.
Ценил себя, как поэта, не слишком высоко, а ко мне, молодой поэтессе, относился с глубоким уважением.
Его слова были для меня дороги:
– Да какой я поэт!.. А вот перед твоим даром поэта я, Людочка, снимаю шляпу!..
Слова великого мастера, скромного и тактичного, наполненные уважением к поэзии и поэту, сразу запали в сердце. И берегу их без гордыни и с большой любовью и почтением – к скульптору.
… А встречи-беседы продолжались!
На одной встают перед глазами все детища-скульптуры.
Первая работа и первый заказ в Златоусте – памятник на братской могиле тринадцати красногвардейцев, убитых в 1918 году в селе Куваши. Заказал этот памятник директор краеведческого музея Николай Александрович Косиков.
Вторая крупная работа – памятник «Комсомолец» - в честь юных борцов за власть Советов, заказанный горкомом ВЛКСМ. Начинал делать совместно с Борисом Волковым, но потом Волковы уехали из Златоуста.Было это в 1960 году.
Памятник «1903 год» скульптор В. Жариков предлагал установить на кладбище Берёзовой роще, но эта идея городским властям не понравилась – кладбище тогда хотели убрать. Перенесли прах погибших на площадь III Интернационала, гдее решено было воздвигнуть монумент. Скульптор хотел сделать 6-метровую фигуру в камне, мраморе, - чтобы всё было сделано по уму, добротно и красиво.
Ни в Медведёвке, ни в Коелге добыть мрамор не довелось. Вернувшись в Златоуст, решили делать фигуру рабочего из бетона. Памятник был открыт в 1967 году.
… В том же году В. Жариков принял участие в конкурсе на герб города. Герб Жарикова, на котором изображён ковш со сталью и крылатый конь, был утверждён исполкомом.
Через несколько лет поступил заказ на сооружение дорожного знака на въезде в Златоуст со стьороны Миасса. Жариков тут же нарисовал на бумаге углём эскиз с крылатым конём. Так появился дорожный знак «Крылатый конь»
Рассказывал В.П. Жариков о создании памятников, посвящённым землякам, погибшим в Великой Отечественной войне, в 1970-е – 1980-е годы. Скульптор высказывал своё мнение, в создании каких-то из них участвовать отказался.
Когда в один из юбилеев Победы руководители города решили украсить мемориал Славы на проспекте им. Ю.А Гагарина скульптурными портретами героев войны, но времени было катастрофически мало. Надо было создать рельефные портреты с индивидуальными чертами каждого героя, а затем воспроизвести их в металле.
-Техника выколотки по меди очень сложная, слишком сильный и неточный удар может испортить всю работу, - рассказывал В.П. Жариков.
Один бы он не успел, - но помогли художники Григорий Мануш, Рашид Сафин и другие, – все вместе выполнили сложный заказ в срок.
…- Женская тематика привлекала меня, как скульптора, всегда. Я вырос в войну среди женщин, – говорил В.Жариков.
Сделал в Златоусте по заказу памятник Марии Александровны Ульяновой, матери В.И. Ленина. Памятник был открыт в 1968 г. на ул. Ленина возле школы № 3, напротив которой находилось здание бывшего горного госпиталя, в котором работал отец М.А. Ульяновой – врач Александр Бланк.
Создал серию скульптур «Солдаты» - тема войны и страдания женщин была в творчестве В.Жарикова всегда. В серии пять скульптур: «Плач», «Несущая», Собирающая травы», «Проводы» и «Сев» (чугун, литьё 1968 – 1972 годы).
– Из женской тематики мне дороги работы: барельеф «Бабушка Митрофановна хлеб печёт», «Портрет жены» (1960, 1973) и «Оранта» открытая в 2008 году на берегу городского пруда.
Родился тот самый дорогой ему образ Богородицы, образ материнства, который он вынашивал в сердце со студенческих времён!
Отдельная встреча в мастерской В. Жарикова была посвящена разговору по работе скульптора над тематикой Златоуста.
– Это вся моя жизнь, – сказал скульптор. И вспоминал все работы. Начиная с приезда в г. Златоуст в 1958 году: работа с Иваном Бушуевым и началась с 1958 года с изучения его жизни в краеведческом музее, с десятков, сотен эскизов, прежде чем родился памятник Ивану Бушуеву.
Долгие годы скульптор работал над рождением его образа.
Начался долгий и трудолюбивый процесс создания памятника И. Бушуеву, начиная от создания модели, обсуждения и выбора проекта.
Не поленюсь обратиться к дневниковым записям скульптора, чтобы показать, сколько душевных и физических сил В.П. Жариков вложил в эту работу.
«Май 1987 год.
Пролетел год работы над эскизами и моделью И.Н. Бушуеву. Год был боевой, одни волнения позади. Впереди – главная работа над четырёхметровой моделью, и волнения уже другие – сделать, сработать достойно, крепко.
7 ноября 1987 года.
Длится это второй год. Убедился, как большая работа забирает всё – нет ни времени, ни сил отвлечься на что-либо другое. Всё кажется чуждым, помехой.
…
И хотя работа над «Бушуевым» велась с 1958 года, со дня нашего приезда в Златоуст (эскизы, портрет для музея, проекты памятника, варианты, перевод в мрамор и т.д.) – вот только в этом, 1987 году, да и то пока ещё в глине, завершается модель памятника.
Трудно всё оценить самому и сейчас – нужно время. Много было трудов тяжких, нервотрёпки, неурядиц, неясности. Многое ещё и по сей день остаётся загадкой. Дай сил, Боже!
Май 1988 года
Завершение лепки, формовки, отправка в Минск и поездка на завод.
Февраль 1989 года.
Все труды позади. 26 декабря 1988 года открыли памятник «Ванюше». Более месяца «отдыхаю» в родной мастерской. После свершения большой работы – чувство опустошенности.. Ещё весь в той жизни, в том ритьме – весь там. А надо переключаться. Требует всегда и неотступно забота о хлебе насущном…
И снова возрождаются, «проклёвываются» давние мысли о работах, вынашиваемых годами.»
Потом В.П. Жарикову заказали памятник И.Неплюеву в г. Троицке – первому Губернатору Оренбургского края.
В 1995 г. матери солдат, погибших в современных «горячих точках» просили увековечить память об их сыновьях. Работа над памятником «Скорбящая мать» была длительной. Всем миром, всем городом собирались средства на его строительство, – и памятник родился!
Прибыл в Златоуст из Минска в апреле 2004 года, занял достойное место на холме у мемориала Славы, и торжественно открыт в августе того же года.
…В 1984 году в Златоусте родилась скульптура бушуевской тематики «Крылатый конь». Скульптуру отливали в Кусе, где случилось ЧП – кто-то случайно задел глиняную фигуру коня и разбил конскую голову и верхнюю часть шеи на мелкие куски. Голову пришлось собирать в Златоусте заново из мелких кусочков, привезённых из Кусы.
– В благодарность за то, что скульптор Жариков не рассердился на того, кто разбил «Крылатого коня», мне даже разрешили отлить в чугуне две небольшие скульптурки моих сыновей, – рассказывал, улыбаясь, Златоустовский Скульптор.
Отдельная встреча-беседа - о Иоанне Златоусте.
– Иоанн Златоуст у меня в головушке всё время сидел. Сначала я вылепил его голову, потом начал делать фигуры. Показывал их на выставках, предлагая городу, но ответом было молчание… А годы шли и шли.
Потом Людмила Александровна Юрченко обратилась к руководителю предприятия «Стройтехника» Валерию Алексеевичу Ростову:
– Возьмись, – говорит, – поставить скульптуру Жарикова на Красной горке: приличная работа и на Красной горке хорошо впишется.
Тот пришёл в мастерскую, посмотрел, после чего согласился поставить Иоанна Златоуста на Красную горку.
Походили, посмотрели окрестности и подобрали место. Я нарисовал ему эскиз, который ему понравился, – рассказывал В. Жариков о рождении памятника И. Златоусту.
В 2004 году Иоанн Златоуст «взошёл» на Красную горку, но В.П. Жариков мечтал ещё об одной скульптуре, которую можно было бы установить на горе Косотур, – и сделал модель Иоанна Златоуста, показывал её на художественной выставке.
… В сентябре 2008 года в Златоусте была открыта парковая скульптура «Оранта»,- благодаря генеральному директору фирмы «Росоружие» А.В. Николаеву. «Оранта» была отлита в бронзе в Минске.
Скульптор В. Жариков был счастлив:
– Тут мне в жизни очень повезло: моя судьба осуществилась!
Ещё одна встреча-беседа в мастерской В.П. Жарикова – о друзьях, златоустовских художниках.
Сам скульптор Владимир Жариков – прекрасный художник-график. Это видим все мы, земляки, это высоко оценил искусствовед, наш друг и соавтор Евгений Алексеев.
Мы с мужем Владимиром взяли у В. Жарикова толстые тетради, в которых он не один год делал прекрасные эскизы, зарисовки.
– Я люблю этим заниматься дома, вечерами. В голову приходят разные мысли, идеи, вспоминаются этюды из жизни.
Принесённые домой графические работы помог нам отсканировать мой сын, Семён Липатков. Потом мы послали отсканированные графические работы В. Жарикова в г. Екатеринбург Евгению Алексееву, и впоследствии Евгений оформил все беседы и дневник скульптора его же графическими работами. Получилось всё это при оформлении текста книги очень удачно и органично – сам скульптор и график Владимир Жариков своей рукой оформил биографический текст в книге о своей жизни и творчестве!
… А Владимир Жариков продолжал рассказывать о художниках Златоуста, отвечая на мои вопросы.
С трепетом говорил о своей мастерской, с любовью и благодарностью. Его слова шли искренне, из самой глубины сердца:
«Как раньше я и сейчас утром с величайшей радостью бегу, как на свидание, в свою мастерскую! Это большое счастье: работать , лепить, рисовать и думать! Мастерская моя!.. Мой дом, мой восторг, моя песня: песня тихая, душевная! Я люблю её всегда: утром, днём, вечером. Летом и зимой!.. Это мой Златоуст, моя жизнь, моё творчество!
… А потом в его рассказе шли устные рассказы о художниках – словесные портреты современников, так похожие на его скульптуры, его графику и мысли, – чёткие, продуманные, красивые, объёмные, и всегда – с любовью.
Эти штрихи – портрет Анатолия Ивановича Шатрова – «честь ему и хвала!»
Вот портрет художника Александра Михайловича Сосновского, – и не только художника – краеведа, «обживателя» речки Громатухи, садовника, посадившего сквер с различными деревьями возле швейной фабрики, – которого лепил скульптор В. Жариков.
Вот портрет Юрия Николаевича Эйбушитца, – художника, педагога, основателя художественно-графического отделения в Златоустовском педагогическом училище. Вместе с ним В.П. Жариков работал в педучилище. Ставил его в пример своим ученикам - Ю. Эйбушитц всегда писал, не бросал занятия живописью: вдоль и поперёк обходил с учениками Тесьму и Таганай, водил учеников на этюды и вместе с ними запечатлял златоустовские пейзажи сам.
Вот портрет Юрия Павловича Азеева- художника, с которым В. Жариков сошёлся характерами, а затем подружился, и вместе с ним отмечал праздники. Отмечал импозантность Азеева – «владыка», «аксакал», «граф», «математик», и величайшую его скромность. Оценивал как замечательного, талантливого живописца.
Вот портрет театрального художника Марии Никитичны Сапрыкиной.
Этот портрет– любимой жены, искусствоведа, человека с горячим сердцем и глубоким пониманием искусства – Виктории Захаровна Жариковой.
Эти штрихи – портрет хорошего графика Николая Ивановича Гаруса, который больше работал как живописец.
Интересен устный портрет талантливого художника Рашида Сафина, работы которого – «Соловей Златоуста», «Коровушка»- выполнены с душой и теплом. Дополняют его портрет штрихи о том, что «Сафин преподавал в педучилище рисунок, был крепким рисовальщиком и брался за всё: за живопись, графику, линогравюры и офорты, работал с азартом и успехом».
Хорош словесный портрет работы Жарикова о выпускнике Пензенского училища Владимире Иосифовиче Зозуле: о том, как молодой художник набирался творческих сил, взялся за левкасную технику, идущую от русской иконы. «Вник, вошёл в это дело, и работы получались очень интересными. По историческим экскурсам сделал целую серию работ, выполнил очень интересные росписи для школы искусств».
Отмечает Владимир Павлович и своих учеников-художников, которых обучал на художественно-графическом отделении педучилища: Малей, Лохтачев, Мануш, и других.
Рассказывал В.П. Жариков о приезде в Златоуст своей учительницы Ирины Михайловны Мельгуновой, которая была им, студентом Харьковского института, как родная мама, – её Жариков пригласил на свою персональную выставку в Златоуст. Она приехала и была довольна, что её ученик оказался в Златоусте и плодотворно работает, восхитилась чудесной природой.
… Были рассказы скульптора о путешествиях, о городах, оставивших свой след в душе: о Ленинграде, Москве, Владимире, Белграде, и Будапеште, о Париже.
На мой вопрос о планах на будущее скульптор ответил:
– Творческих планов на будущее много. Среди них – создание памятника трём речкам Златоуста «Ай, Тесьма и Громатуха» – «Реченьки», памятника святителю Иоанну Златоусту на горе Косотур, создание парка скульптур, где будут установлены многие мои работы, в том числе и «Солдатки».
…………………………….
Работа над книгой не была лёгкой, но была интересной.
Было всякое: ломался диктофон, покупали другой…
В какое-то время, зимой 2009, на меня обрушились свирепые вирусы и простуды, сидела на уколах-антибиотиках; не было какое-то время ни сил, ни здоровья, ни денег…
Но мы с мужем Вовой понимали – книга нужна, чтобы порадовать скульптора, чтобы увековечить его биографию и жизнь – из первых уст: лучше самого человека о своём жизненном пути никто не расскажет.
…Записав рассказы на диктофон, я по вечерам, во «вторую смену» после Управления социальной защиты населения, сидела у компьютера дома часа два, – сначала переписывала рассказы с диктофона в тетрадь, потом набирала текст на компьютере.
Плата за книгу была высокой – зрение у меня было неважным, и упало за год работы за компьютером дома и на работе, с минус 8 до минус 13 диоптрий…
В 2010 году пришлось уволиться из Управления социальной защиты – глаза болели, больше не могла работать с компьютером.
И только в 2012 году, уже после того, как мы с Вовой пережили его первый инсульт, и смогли оформить ему инвалидность, я подумала о себе, и оформила после комиссии инвалидность – по зрению.
Но мы с Вовой ни о чём не жалели: главной наградой за труд была великая радость скульптора оттого, что он взял книгу в руки!
… На презентации книги «Владимир Жариков» 29 сентября 2009 года в Центральной городской библиотеке сидел за столиком «виновник» торжества В.П. Жариков, который очень волновался и был безмерно счастлив – перед ним лежали его книги, о его жизни.
От волнения у него перехватывало горло, и он смог только сказать: «Спасибо! Спасибо! Спасибо!..»
Мы – группа по созданию книги – стояли перед ним: составители Евгений Алексеев, Людмила Дугарь-Толкач, Владимир Толкач, друг семьи Жариковых и меценат Людмила Юрченко и фотограф Александр Потапов.
Я была до глубины души благодарна Татьяне Ивановне Жариковой, Людмиле Александровне Юрченко и судьбе!
Татьяне Ивановне благодарна за предоставление дневника, записей и стихов Владимира Павловича.
Конечно, многие записи были разрозненные, обрывочные, с неполными текстами. Но работать с ними было безмерно интересно! Старалась сохранить колорит речи скульптора, его речевые особенности; расставила в хронологическом порядке тексты записей, дополнив их по годам стихами (стихов в дневнике не было, – они были на отдельных листочках, и их тоже чуть-чуть пришлось с разрешения автора подшлифовать и подкорректировать). После всей этой работы и полного набора на компьютере, я испытала большое удовлетворение: дневник, дополненный отдельными записями на листочках и стихами по годам, очень украсил и дополнил текст наших бесед!
Конечно же, мы с Вовой сразу отдали готовый текст будущей книги скульптору Владимиру Жарикову на прочтение – с просьбой вычеркнуть, что ему не нравится, и внести поправки.
И нам, составителям, было приятно, что В.П. Жариков, вычитав текст, решил ничего не менять и не вычеркивать! Это было равноценно высокой награде за наш труд.
…Я обрабатывала литературно текст с диктофона.
Во-первых, даже с планом и с коррекцией вопросами, беседа часто «уходила» в другое русло – в современную жизнь, в размышления о политике, о творчестве, о детях. Приходилось текст «переставлять» пазлами, мозаикой, – чтобы получилось нужное хронологическое полотно текста. При этом были паузы, неполные фразы, – когда В.П. Жариков волновался; – тогда я бережно, в его манере речи, завершала предложение законченной мыслью.
Владимиру Толкачу, моему мужу, тоже досталось немало работы. Так, вся работа по добыче сведений по «хронике жизни и творчества», каталог, сведения о наградах; работа по сбору подписей ко всем фотографиям из семейного альбома – легла на него.
Мой муж Владимир уходил со мной на каждую встречу в мастерскую, разделял радости и боль бесед. Он восстанавливал со мной по памяти одну из наших встреч, трехчасовую беседу, которую мы «записывали» на диктофон, но её там не оказалось…
Как я плакала тогда; как мы дружно старались вспомнить каждый эпизод вечера,- вдвоём вспоминали, и тут же записывали «возрождённый» текст в тетрадь!..
А ещё Владимир Толкач ездил в Челябинск в публичную библиотеку – взять материалы о В.П. Жарикове.
Вместе с ним мы собирали буклеты, газетные статьи о В.П. Жарикове и стихи о нём, чтобы составить из них главу «Современники о скульпторе Владимире Жарикове».
К сожалению, только малая часть из них попала в книгу. А жаль! Портрет скульптора был бы с ними ещё полнее.
…Фотограф Александр Потапов сделал прекрасные фотографии работ В.П. Жарикова – и в мастерской, и там, где установлены памятники.
…Евгений Алексеев написал вступительную аналитическую статью на основе собранного материала. Занимался вопросами организации вёрстки и издания книги, прекрасно оформил текст графикой В.Жариков, – получились графические зарисовки на полях книги и на «полях жизни», -очень органичные и красивые!
… Людмила Александровна Юрченко, главный человек в создании книги – профинансировала издание книги высокого качества. Без неё книга не увидела бы свет. Спасибо ей великое!
…А судьбе я благодарна за то, что благодаря работе над книгой, я познакомилась с замечательным Человеком и Талантливым Скульптором, своими руками созидавшим духовный фундамент Златоуста. Эта встреча стала большим счастьем в нашей жизни с мужем Владимиром.
Я уверена: ради того, чтобы родилась книга «Владимир Жариков», всем нам стоило жить и работать! Значит, мы не зря жили на златоустовской земле.
… Завтра мы пойдём прощаться (мы – это его земляки и весь Златоуст) с Владимиром Павловичем в Храм Серафима Саровского.
Будут скорбеть о нём дети, и его «детища», - памятники Златоуста «Скорбящая мать», Иоанн Златоуст, Иван Бушуев, Оранта…
Будут оплакивать его Уход земляки – златоустовцы, и благодарить Скульптора за его высокую духовность и подаренное городу Златоусту творчество.
Но всегда будут жить в нас, земляках, гордость, светлая и вечная память о нём; любовь, глубокое уважение, его памятники – духовная опора общества – будут воспитывать патриотизм в златоустовцах следующих поколений, потому что в них – история города, его слава, и большая душа великого скульптора, посвятившего всю свою жизнь служению Златоусту.
Людмила Дугарь -Толкач, один из составителей книги «Владимир Жариков», член ЛО «Мартен».
Компьютерный набор текста – Валерий Кузнецов, весна 2020 г., г.Москва