Сопротивление в Норвегии (часть 1)
История движения Сопротивления Норвегии содержит немало страниц, как трагичных, так и около комичных.
Однако начать стоит с захвата Норвегии Германией. Напомню, что норвежцы оказали довольно серьезное и длительное сопротивление захватчикам – война шла два месяца (апрель-июнь 1940), было убито больше 5000 немецких солдат, сбито 100+ самолетов и потоплено 20+ кораблей. Просто для сравнения – Франция продержалась 43 дня, Польша 36, Греция 24, Югославия 12, Бельгия 8, Голландия 6.
В ответ на ультиматум немцев правительство Норвегии заявило - «мы не сдадимся, борьба уже идет». Предвидя попытку немцев захватить власть, норвежский парламент принял так называемое Эльверумское соглашение, дававшее королю Хокону VII всю полноту власти до тех пор, пока парламент не сможет собраться снова. Затем солдаты Норвегии спасли Хокона VII, задержав немцев в бою у Мидтскогена, а после эвакуировав короля в Британию.
Там король создал правительство Норвегии в изгнании (ПНВИ) и твердо заявил о неприятии коллаборационистского (оккупационного) правительства Видкуна Квислинга, норвежского политика, принявшего сторону Гитлера. ПНВИ 10 июля 1940 опубликовало меморандум, что объявляет своей целью борьбу вместе с союзниками до тех пор, пока не будет одержана победа.
Все вместе взятое дало норвежцам стимул к Сопротивлению.
Первой ласточкой стала группа Арендала (город на юге Норвегии), созданная аж в апреле 1940. Ее организовали полицейский Роберт Твендт-Гундерсен и школьный учитель Хокон Гуттормсен. Полицейский во время наступления немцев смог спрятать взрывчатку, рацию и бензин, а учитель, призванный в начале войны, не сдался в плен, когда его подразделение было разгромлено, вернулся домой и наладил подпольную работу радиогруппы, с несколькими рациями и радистами. К ним присоединилось руководство рабочего профсоюза и типография города, наладив печать и распространение нелегальной газеты. Группа не вела боевой деятельности, только сбор информации и борьбу с немецкой пропагандой.
По-видимому, из-за неопытности, у группы были проблемы с конспирацией, так как немцы достаточно легко внедрили своего агента и в августе 1940 арестовали около 100 членов группы, 75 из них получили тюремные сроки. 32 человека отправлены в Германию, где после 18 месяцев заключения, над ними прошел суд. Гуттормсен получил 10 лет, в апреле 1945 умер в концлагере. Вина Твендт-Гундерсена оказалась недоказанной и его отпустили. Зимой 1943/44 на него выйдет руководство Сопротивления, и он организует новую группу Арендала. На этот раз Роберт учтет прошлые ошибки, и его группа доживет до конца войны.
25 сентября 1940 года было организовано Оккупационное правительство Норвегии, а все партии, кроме партии Квислинга, «Национальное Единство» (НЕ) – запрещены. Норвежцам пришлось учиться подпольной работе, но среди всех запрещенных партий была одна, которой все это было не в новинку, и кто уже имел аппарат нелегальной работы. Речь идет о Норвежской коммунистической партии (НКП).
Необходимо специально заострить внимание на одном моменте, который сегодня упускается или замалчивается. Правительства, захваченных Гитлером стран, крайне позитивно восприняли это событие в том ключе, что это развязало им руки в борьбе с местными коммунистическим партиями. Полиция этих стран охотно сотрудничали с гестапо в поимке коммунистов и первыми узниками первых концлагерей были коммунисты. Именно эти люди, многие из которых были ветеранами войны в Испании, стали первыми членами Сопротивления и начали вооруженную подпольную борьбу с нацистами.
Норвежцы не были исключением, НКП была запрещена в Норвегии еще в августе 1940 и гестапо уже провело серию арестов ее членов.
Примечательный факт – в Норвегии на момент вторжения немцев уже существовала диверсионная коммунистическая группа. Речь идет о норвежском отделении группы Эрнста Вольвебера. Последний был немецким коммунистом, после 1935 бежавший в СССР. Он организовал международную группу, состоявшую из моряков и докеров Германии, Голландии, Бельгии и стран Скандинавии. Группа в основном осуществляла атаки с применением бомб замедленного действия против кораблей стран, которые поддерживали правительство Франко во время гражданской войны в Испании. Предполагается, что группа Вольвебера взорвала 16 немецких, 3 итальянских и 2 японских судна в 1937-1938 гг. Вольвебер также организовал поставки оружия республиканскому правительству. С 1936 года он, вероятно, был первым номером в списке разыскиваемых немецким гестапо.
В период действия германо-советского пакта о ненападении в 1939-41 годах организация осуществляла только действия в тылу Финляндии, во время советско-финской войны. После вторжения Германии в Норвегию Вольвебер бежал в Швецию, где был арестован, а организация фактически была распущена в большинстве стран, в том числе – из-за совместной работы полиции Европы и гестапо. Эрнст провел 4 года в шведской тюрьме, все это время немцы добивались его выдачи, а советское посольство в Швеции активно сопротивлялось этому. Победа СССР на Восточном фронте склонила «гибких» шведов к высылке Эрнста в Советский Союз, в 1944. После войны он был одним из руководителей Министерства государственной безопасности ГДР.
Единственной страной, где группа Вольвебера сохранила свою ячейку стала Норвегия. Ее первый командир Мартин Хельмен успешно руководил ячейкой с 1935 по 1938. После этого, ради лучшей организации, он передал бразды управления Асбьерну Сунде, а сам отправился в Швецию, чтобы возглавить диверсионные операции против финнов. В февраль 1940 года Хельмен был схвачен шведской полицией и, в отличии от Вольвебера, с ним не стали церемониться и сразу передали гестапо. Сначала его длительное время пытали, потом отправили на принудительные работы, а в 1944 году казнили на гильотине. Факт его выдачи шведами немцам говорит о негласном соглашении между Швецией и Германией о выдаче коммунистов. К сожалению, после войны это оказалось недоказанным.
Между тем, Мартин передал управление группой в надежные руки - Асбьерн в будущем создаст из нее лучшую диверсионную группу Норвегии. Но не будем забегать вперед.
Согласно норвежским исследованиям, борьбу Сопротивления необходимо разбить на три хронологические фазы.
Первая фаза шла с сентября 1940 до конца 1942.
На этом этапе Сопротивление несло преимущественно идеологическую направленность. Режим Квислинга предпринимал попытки нацифицировать норвежское общество, последнее – сопротивлялось. Первоначально, немецкие власти под руководством рейхскомиссара Йозефа Тербовена проводили менее жестокую оккупационную политику в отношении населения Норвегии, чем в большинстве других оккупированных немцами территорий Европы. Это было связано с идейными воззрениями Гитлера, который считал Норвегию расово близкой Германии страной. Тем не менее, немецкие оккупационные войска и норвежский национал-социалистический режим приложили немало усилий, чтобы сломить норвежское сопротивление.
В этой ситуации родилось несколько организаций и форм норвежского Сопротивления.
Первым идеологом сопротивления стала, как ни странно, церковь. Во время церковных служб не раз зачитывались специальные пасторские послания против несправедливых правительственных распоряжений и указов.
10 августа 1940 года коммунистическая партия Норвегии выступила с призывом активизировать борьбу против немецких оккупантов. Осенью 1940 года в Бергене, Трондхейме и других городах были проведены антинацистские демонстрации.
Студенты университета Осло начали носить скрепки на лацканах, чтобы продемонстрировать свое сопротивление немецким оккупантам и их норвежским пособникам. Безобидный на первый взгляд предмет, скрепка была символом солидарности и единства («мы связаны вместе»), подразумевая сопротивление. Также использовалась монограмма с буквой H, наложенной на цифру 7 (вензель короля), ее рисовали на заборах, стенах, домах, дорогах, на снегу и в других общественных местах. Ношение скрепок, вкупе с анаграммой H7, стало в итоге незаконном и за это сажали в тюрьму.
Еще одной формой гражданского сопротивления стал «ледяной фронт», никогда не разговаривать с немцами, если это было возможно. Многие просто притворялись, что не понимают немецкий, хотя в то время он был также распространен как английский сегодня. Другой мерой, сильно раздражавшей оккупантов - не сидеть рядом с ними в общественном транспорте. Немцам пришлось ввести закон, говоривший что незаконно стоять в автобусе, если есть свободные места.
«Работа» партии Квислинга по реализации нацификации Норвегии объединяла различные социальные группы в отстаивании главенства норвежских законов.
Первой известной забастовкой стал «Спортивный бойкот». В ноябре 1940 правительство Квислинга распустило норвежские спортивные федерации, чтобы самим организовать «нацифицированный» спорт. Следствием стало то, что большинство организованных видов спорта в Норвегии прекратили свою работу до лета 1945. Около 350 000 официальных норвежских спортсменов просто прекратили выполнять указания из новой федерации и не участвовали ни в каких мероприятиях нацистов. Фотографии того времени показывают, что «квислингисты» занимаются спортом и проводят свои соревнования при пустых трибунах.
Другим событиям стало совместное письмо рейхскомиссару Тербовену от 15 мая 1941 года, где в общей сложности 43 организации, насчитывавшие около 700 000 членов, выразили протест против многочисленных нарушений норвежского правопорядка и административной практики, совершенных национал-социалистическим правительством. Тербовен ответил, созвав лидеров всех 43 организаций на встречу в здании Стортинга 18 июня. Затем им сообщили, что они уволены и что представляемые ими организации будут заменены новым руководством или, возможно, распущены.
10 сентября 1941 года в Осло состоялась «молочная забастовка», в которой участвовали 25 000 рабочих. Причиной забастовки стали перебои и сложности с поставками продуктов питания, с которыми столкнулись жители Норвегии после оккупации страны войсками Нацистской Германии. Положение с обеспечением населения страны продуктами становилось всё более неприемлемым, а когда 8 сентября 1941 года рабочие не получили положенное им молоко на своих предприятиях, то они, не сговариваясь, развернулись, покинули свои рабочие места и разошлись по домам. Немецкие войска разогнали бастующих, десятки рабочих были арестованы, а два профсоюзных активиста – расстреляны.
Еще одной формой гражданской борьбы стала печать и распространение нелегальных газет. Так как НЕ Квислинга поставило под свой контроль и цензуру всю официальную прессу, то распространению правдивой информации придавалось огромное значение. До июля 1941 норвежцы подпольно слушали радиопередачи из Британии, а после – и специальную передачу из Москвы на норвежском языке. Эта информация потом перепечатывалась и распространялась в подпольных газетах. Осенью 1941 немцы, чтобы остановить это, начали конфискацию радиоприемников у населения. С этого момента пресса полностью перешла на нелегальное положение, поставив своей задачей информировать население о реальном положении дел за рубежом. За годы войны немцы арестовали до 4000 человек, связанных с нелегальными газетами, из них около 60 были казнены и еще 150 умерли в концлагерях.
В результате репрессий борьба против нацистов практически полностью ушла в подполье. Преданные своему делу представители таких общественных профессий как врачи, юристы, инженеры, учителя и священники организовали свои тайные группы. Им было необходимо как-то сотрудничать и обмениваться информацией, поэтому на рубеже 1941-1942 появился подпольный «Координационный комитет» (КК).
В феврале 1942 в Норвегии прошла забастовка учителей. Это была реакция учителей на два закона Квислинга. Первый – создание профсоюза учителей, контролируемого НЕ, второй – закон о молодежи, требовавший, чтобы дети и молодые люди проходили с 10 до 18 лет воспитание в национал-социалистических традициях. В ответ среди учителей была распространена листовка, содержавшая 4 пункта – отклонять членство в НЕ, отвергать любые попытки пропаганда НЕ в школе, отклонять любые распоряжение от организаций, не входящих в администрацию школы, отвергать участие в любой деятельности НЕ. Ни по одному из этих пунктов нельзя было делать уступок, даже если это грозило тюрьмой. Большинство из 14 000 учителей Норвегии присоединились к этому воззванию. Уже в марте 1942 1100 учителей-мужчин были арестованы и отправлены на север для принудительных работ. Автор листовки норвежский ученый и историк Эйнар Хейгард был схвачен во время побега в Швецию осенью 1943 и заключен в тюрьму. Его пытали около месяца и, опасаясь, что выдаст товарищей по Сопротивлению, Эйнар покончил с собой.
В апреле 1942 произошло еще одно событие. В знак солидарности с учителями и родителями учеников 90% священников церкви Норвегии прекратили работу, оставив свои посты, религиозные службы не велись.
Помимо КК появилась еще одна руководящая группа под названием «КРУГ», стремившаяся установить контакт с ПНВИ в Лондоне. В состав группы вошли государственные служащие центральной администрации, представители бизнеса и организаций, а также лидеры профсоюзов. Одна из причин создания КРУГа было беспокойство, связанное с тем, что ПНВИ по вопросам освобождения Норвегии и Сопротивления контактировало только с военной организацией «Милорг». Помимо корыстного желания участвовать в формировании нового правительства после войны, «круговцы» боялись репрессией со стороны немцев и не хотели поощрять действия «безответственных сил», «экстремистских элементов» - так они называли коммунистическое сопротивление. Другая причина состояла в том, что ПНВИ представляло из себя только Лейбористскую партию, сбежавшую вместе с королем. А КРУГ формировали представители Либеральной и Консервативной партий, т.е. оппозиционеры, оставшиеся в Норвегии.
Довольно скоро КК и КРУГ вместе организовали Сиворг - гражданскую часть Сопротивления. В их задачи входило:
- предоставление поддельных паспортов беженцам в Швецию и организация транспортировки людей, которым по каким-то причинам необходимо было бежать из страны
- регистрация «неблагонадежных», сотрудничавших с НЕ Квислинга
- оказание поддержки семьям, чьи кормильцы попадали в тюрьмы
- организация нелегальных типографских мастерских для печати подпольных газет
- поддержка и юридическая помощь тем, кто оказывался под давлением НЕ, например, учителям
В отличие от гражданского сопротивления, которое стремилось вести свою работу с помощью лозунгов и гражданского неповиновения, работа по созданию военной организации сопротивления проходила в строжайшей секретности. Все норвежские офицеры, освобожденные из плена после компании 1940, давали клятву не воевать против Германии. Поэтому к созданию военной организации – Милорг – необходимо было подступиться предельно осторожно.
Организация Милорг была основана на рубеже марта-апреля 1941 года группой офицеров, работавших в Норвежской географической службе. Высшее руководство, так называемый «Совет», должно было решать вопросы фундаментального характера, в то время как повседневное управление осуществлялось Центральным Руководством.
Главной задачей Милорг было создание общенациональной подпольной армии, которая должна была оказать помощь союзникам и норвежским властям в отвоевывании Норвегии. Первоначально их деятельность была сосредоточена только на подпольном наборе командиров и солдат в отдельных округах и местных общинах. В 1942 Милорг разделил с точки зрения организации своих сил страну на 16 округов в Южной Норвегии и 2 округа в Северное.
После кампании 1940 года военные спрятали оружие в нескольких местах, но первые лидеры Милорг не хотели никаких тренировок по владению оружием до тех пор, пока вторжение союзников в Норвегию не станет неминуемым. Лидеры Милорг считали, что диверсионные акции повлекут за собой репрессии гражданского населения, что лишит Сопротивление поддержки. Также были весьма пространные опасения, что восстановления разрушенной саботажем инфраструктуры после войны будут непосильным бременем для страны.
Летом 1940 британцы создали Управление специальных операций (УСО) для ведения разведки и саботажа в оккупированной Европе, а также организации и помощи подпольным организациям.
Одной из критически важных задач Сопротивления в Норвегии стало ведение разведки военных объектов оккупантов и их передвижений по стране. Эта информация могла иметь огромное значение при будущем вторжении союзников в Норвегию. Первые «ласточки» таких групп пересекли границу с Швецией летом 1940 и установили связь с норвежской военной миссией (НВМ) в Стокгольме, а через них – с ПНВИ и британской разведкой.
Среди них был Дэниель Ринг, выдающийся спортсмен и организатор. Будучи менеджером рекламного агенства Ринг первым организовал разведывательную группу в Восточной Норвегии летом 1940. Помимо ежедневных докладов о перемещениях немцев в Осло, он стал ключевой фигурой в налаживании транспортных путей в Швецию и Британию. Это потребовало тщательного планирования, чтобы избежать немецких патрулей, и в результате работы группы несколько сотен беженцев, включая евреев и бойцов Сопротивления, благополучно добрались до Великобритании. Ринг сам рисковал жизнью, сопровождая группы весной 1941 года, когда он пересекал пролив на рыболовецком судне в опасных погодных условиях. Тогда же, чтобы не попасть в руки гестапо, Ринг бежал в Британию, стал агентом УСО и перешел в Стокгольм, в НВМ, где возглавил разведывательные операции.
Стокгольм был важной базой для разведывательной работы во время войны, и роль Ринга как посредника между движением Сопротивления в Норвегии и УСО имела решающее значение для операций, проводившихся с 1941 года до освобождения в мае 1945 года.
Ринг сыграл центральную роль в организации разведывательных сетей и диверсионных операций в поддержку Милорг, и его операции имели большое значение для усилий Сопротивления в Норвегии. Он тесно сотрудничал со всеми известными подпольными бойцами, в частности именно Ринг нашел и продвинул тогда никому не известного еще Гуннара Сёнстебю, будущую легенду №1 норвежского Сопротивления.
Помимо сбора информации, британцев интересовало создание сети радиогрупп, которые могли бы оперативно поставлять союзникам сведения о перемещениях германского флота вдоль побережья Норвегии.
Норвежские радиоагенты проходили подготовку в Соединенном Королевстве, были связаны с SIS (Секретная разведывательная служба) и военно-морской разведкой британского флота. Их забрасывали с моря в безлюдных районах, где те основывали наблюдательные пункты и налаживали связь с внешним миром. Для выживания в труднодоступных прибрежных районах, агенты вступали в контакт с местными помощниками, снабжавшими их припасами, укрытиями и информацией.
Первым был норвежский капитан-командер Эдвард Даниельсен, агент SIS. В июле 1940 подводная лодка доставила его и радиопередатчик с кодовой книгой в Норвегию. Даниельсен создал в Осло радиоточку под названием «Олделл». Это был самый активный радиопередатчик в Норвегии в первый период войны - было отправлено 631 сообщение, получено 137.
25 марта 1941 года «Олделл» был раскрыт немцами и захвачен. В ноябре 1941 трех членов группы расстреляли, четвертому удалось скрыться и добраться до НВМ в Стокгольме, рассказав что случилось. Вместе с группой «Олделла» погибла группа «Торсвик», занимавшаяся нелегальными перевозками беженцев из Норвегии в Британию
Всего за годы войны около 200 радиоагентов участвовали в этой операции, обслуживая больше сотни радиостанций. По самым приблизительным оценкам в работе этой сети участвовало 2000 человек. Агенты SIS вели наблюдение за крупнейшими немецкими кораблями в Норвегии - «Тирпитц» и «Шарнхорст», а также за «волчьими стаями» подлодок. Это была опасная работа, немецкая служба радиопеленгации работала хорошо – около 30 из 200 радиоагентов погибли в течении войны, под конец войны функционировало меньше 50 передатчиков.
На Севере Норвегии аналогичную работу, возле Киркенеса, выполняла группа партизан Финнмарка. Это были норвежские рыбаки, сбежавшие в СССР после вторжения Германии в Норвегию, в 1940. Около 50 человек были завербованы военно-морской разведкой СССР, прошли подготовку и были заброшены обратно для слежки за немецкими кораблями. Суровые безлесные и незаселенные прибрежные районы предоставляли мало укрытий, и многие партизаны были обнаружены и уничтожены немцами. К слову говоря, термин «партизаны» в Норвегии сегодня используется только в отношении этой группы Сопротивления.
На суше разведку вела крайне интересная организация под названием XU. У ее истоков были две группы, созданные летом 1940. Одна была создана молодым инженером-строителем Арвидом Сторвсеном, который во время войны служил прапорщиком, воевал, после капитуляции бежал в Швецию. Там он, выйдя на связь с НВМ в Стокгольме, предложил план проведения разведки и в августе вернулся в Норвегию, обосновавшись в Осло. Арвид весьма успешно завербовал первых агентов среди студентов естественных наук Университета Осло. Также он создал сеть небольших групп в Ставангере, Бергене и Олесунне.
Вторая группа была также создана в Осло группой военных офицеров и предпринимателей, одним из руководителей стал Лауриц Санд, опытный разведчик – в годы 1МВ он был агентом SIS в Индонезии.
Осенью 1940 интересы обеих групп пересеклись, так как Санд устроился на работу в Университет Осло и начал вербовать студентов в свою организацию. На общей встрече было решено объединить усилия и Санд придумал ей название – XU (секретная разведка).
Первоначально подчиняясь Милорг, в 1941 группа была выведена в прямое подчинение военным из ПНВИ и НВМ Стокгольма. XU, разделив Норвегию на 17 районов, создав в каждом свою резидентуру, быстро установила контакты по всей стране, в том числе в полиции, на ж/д и портовых сооружениях, собирала любую информацию, карты и фотографии немецких войск. Все переправлялось специальным курьерами-нелегалами в НВМ Стокгольма. Объем работы был таков, что к концу войны каждый день отправлялось около 500 страниц А4. Это означало, что союзники знали практически все о немцах в Норвегии и могли, к примеру, точно планировать бомбежки немецких баз и складов. Другим крупнейшим успехом XU было внедрение норвежского студента Сверре Берга в технический университет Дрездена, где он познакомился с австрийским физиком Паулем Росбаудом, тайно работавшим на SIS. Берг стал его курьером и доверенным лицом, передавая важную информацию в Стокгольм. Среди сведений была данные о немецкой ядерной программе, о создании и испытаниях ракеты Фау-2 и ближе к концу войны – о реактивном истребителе Ме-262.
Работа XU недешево им стоила. Осенью 1941 Лауритц Санд был схвачен гестапо. Его пытали всю войну, систематически ломая кости по всему телу, с помощью опытных хирургов. Не смотря на возраст (62 года), Санд показал нечеловеческое мужество никого не выдав, повторяя только слово «нет» палачам. Он дожил до конца войны только благодаря заботе заключенных концлагеря, для которых стал символом Сопротивления.
Сторвсен, наладив работу округов и курьерскую службу, в 1942 был вынужден покинуть Норвегию, сначала в Стокгольм, а потом и в Британию, где ему пришлось выдержать дебаты на тему организации и подчинения XU. Арвид смог убедить ПНВИ, что общее руководство должно осуществляться только из НВМ Стокгольма, чтобы не распыляться и не усложнять управление. В марте 1943 резидент вернулся в Норвегию, чтобы донести новую стратегию работы до руководства XU. К сожалению, во время встречи на конспиративной квартире Сторвсен попал в засаду гестапо и был убит в перестрелке. У него были фальшивые документы, и немцы так и не поняли, кого взяли.
К этому времени XU фактически возглавлял заместитель Арвида студент Университета Осло, по образованию генетик, Эйстейн Стремнес. Именно он завербовал Сверре Берга и именно он окончательно наладил систему поставки информации в НВМ Стокгольма. Это оказалась в итоге многоуровневая система – от ж/д рейса Осло-Стокгольм, до лыжников-спортсменов, нелегально пересекавших границу зимой, и до контрабандистов на моторных лодках.
Отдельной удачей XU был контакт с шведской разведкой, которая нуждалась в информации о немецких войсках в Норвегии. Взамен шведы делились результатами своей радиоразведки. Для упрощения командования XU в Стокгольме на базе НВМ был создан особый отдел, который курировал организацию, сбор информации и передачи ее в Лондон.
Был еще один аспект работы XU. Правительство в изгнании и подпольные комитеты были весьма заинтересованы в информации о деятельности норвежского оккупационного правительства во всех слоях общества и на всех уровнях государственного управления. Поэтому подпольные разведслужбы собирали информацию о руководстве и членах партии Квислинга (НЕ). Частично это могло использоваться в пропагандистской войне против оккупационного правительства, но главной целью было четко установить списки предателей для суда после войны. Скорость «демонтажа» ненавистного режима Квислинга зависела от этого, нужно было отделить большинство работников госаппарата, демонстрировавших лояльность Норвегии, от меньшинства, сотрудничавшего с нацистами.
За годы оккупации через XU прошли от 1500 до 2400 человек. По данным исследователей, около половины из них оставались в строю к концу войны. Большее 400 мужчин и женщин были схвачены и содержались в концлагерях, а вдвое больше людей были в бегах, находясь на нелегальном положении.
Среди них была заместитель Эйстейна Анн-Софи Остведт. Эта женщина, до войны бывшая студентом-химиком, стала профессиональным разведчиков, освоившая картографирование немецких военных аэродромов, береговых укреплений, позиций ПВО, казарм и складов снабжения. Осенью 1942 ее раскрыло гестапо, и она перешла на нелегальное положение. Сменив цвет волос, прическу и документы, Остведт освоила сбор, сортировку и оценку стекавшейся в штаб-квартиру XU информации со всей Норвегии. В 1943 Анн-Софи перенесла дифтерит и едва не умерла, так как ради сохранения тайны организации отказалась от услуг врача.
Еще 23 человека из XU были убиты гестапо во время попытки задержания или исполнения своих обязанностей. Гриф секретности с деятельности XU был снят только в 1989 году, ее сотрудники получили признание только после этого, оставаясь до этого в тени.
Враг не дремал. 1 июня 1941 года была создана государственная полиция, STAPO, состоящая из норвежских активистов партии НЕ. Цель STAPO заключалась в первую очередь в борьбе с так называемыми политическими преступлениями, беженцами, шпионажем, саботажем, вооруженным сопротивлением и другими видами сопротивления немецким оккупационным силам. Так как это были норвежцы, то им было проще внедряться в Сопротивление. Они осуществляли аресты, задержания, пытки и казни. Многих арестованных отправляли в немецкие концлагеря.
Другой угрозой Сопротивлению была особая группа «Лола», она же группа Риннана, состоявшая из норвежских нацистов, служивших в SD, службе безопасности и разведки германского Рейха. Возглавляемая норвежцем Генри Риннаном, группа связывалась с людьми, которых знали или подозревали в антинацистской активности, и через них внедрялись в норвежские группы сопротивления. После периода активной работы в рассматриваемой группе сопротивления, направленной как на сбор информации, так и на укрепление доверия, сеть ликвидировалась, а ее участники арестовывались и подвергались пыткам. Именно провокатор SD расколол группу «Олделла» и «Торсвика». «Риннановцы» отличалась настолько крайней жестокостью, что даже гестапо требовали, чтобы на допросах присутствовали немцы - чтобы не позволить запытать до смерти пленного. Люди Риннана (да и он сам) уничтожили около 80 участников Сопротивления, а всего через их пытки прошли несколько сотен человек.
Поэтому, наряду с разведкой, Сопротивлению понадобилось вести контрразведку, обеспечивая защиту от облав и арестов. Так появилась группа 2А, объединявшая сотрудников в рядах норвежской полиции, которые сотрудничая с гестапо в борьбе с Сопротивлением, на деле предоставляли информацию Милоргу о ходе расследований и предстоящих арестах. Сюда же входили сотрудники норвежского почтово-телеграфного управления, читавшие информационные сводки полиции и гестапо, а в крупных городах – осуществлявшие «прослушку» телефонных линий гестапо.
Всего же, по современных исследованиям, к работе различных форм разведки в Норвегии было привлечено почти 10 000 человек. Около 1000 из них был пойманы гестапо и до конца войны содержались в концлагерях. Примерно 300 человек погибли, самые большие потери были среди радиоагентов.
Еще одной необычной норвежской группой стал так называемый «Шетландский автобус». Эта группа обеспечивала морскую связь между Норвегией и Шетландскими островами (архипелаг в Шотландии). В ее основу легла небольшая «армада» рыболовецких и частных парусных судов, прибывшая на Шетландские острова в мае 1940. Некоторые из них добровольно осуществили несколько рейсов в Норвегию, перевозя беженцев и британских солдат, прятавшихся после окончания компании.
В конце 1940 SIS и УСО создали в Лервике (столица Шетландских островов) базу, завербовав нескольких капитанов и их лодки для перевозки агентов в Норвегию. Это продолжалось всю зиму 1940–41 годов. В начале 1941 года было решено официально создать специализированную группу людей и лодок для оказания помощи разведке Британии.
Поначалу было четырнадцать рыболовецких судов разных размеров. После нескольких потерь было решено, что необходимы более быстрые суда. 26 октября 1943 года ВМС США официально передали группе судна, охотники за подводными лодками, Hitra , Vigra и Hessa. Эти суда с мощными двигателями и достаточно высокой скоростью были уже в большей безопасности. Они совершили более 100 походов в Норвегию, не потеряв ни людей, ни кораблей.
Одним из наиболее известных лидеров группы стал Лейф Ларсен.
Уроженец Бергена, воевал в Восточной Норвегии, прибыл на Шетландские острова 11 февраля 1941. После обучения в роте Линге, начал работу в "Автобусе" осенью 1941. Совершил ряд опасных миссиий, где судно с ним топили или он попадал в шторм. В одном случае, после затопления судна, ему и команде пришлось переехать через всю Норвегию, чтобы через Стокгольм вернуться в Британию. В марте 1943 его очередное судно было потоплено немецкими бомбардировщиками и экипаж несколько дней греб на шлюпке до берега Норвегии, где они прятались, пока другое судно не забрало их.
Лейф был шкипером рыболовецкого судна Arthur во время попытки потопить немецкий линкор Tirpitz в Тронхеймс-фьорде осенью 1942 года. В ходе операции Title Ларсен доставил на расстояние 16 км к немецкому линкору две британские человеко-торпеды с экипажами. В ходе следования судно была даже подвергнуто досмотру немецким патрульным кораблем, но немцы не нашли ни замаскированные в секретных отсеках торпеды, ни британцев. К сожалению, штормовые условия помешали запустить торпеды. Несмотря на провал рейда, Ларсен получил медаль «За выдающуюся храбрость», став первым небританцем, сделавшим это.
В октябре 1943 Ларсен стал капитаном Vigra, одного из трех американских охотников за подводными лодками, чтобы было признанием его опыта, заслуг и храбрости.
Всего группа за годы войны совершила 198 поездок в Норвегию на рыболовецких судах и подводных лодках (Ларсен осуществил 52 из них). «Шетландский автобус» перевез в Норвегию 192 агента и почти 400 тонн оружия и припасов, и вывез 73 агента и 373 беженца. Сорок четыре члена группы были убиты.
Перейдем же к боевой работе Сопротивления. Напомню, лидеры подполья выступали против военного саботажа, опасаясь репрессией против гражданского населения. Однако в первую фазу (до конца 1942) существовали две группы, не подконтрольные Милоргу/Сиворгу, и которые вели боевые действия против оккупантов.
Первую боевую акцию норвежцы из Британии провели в июне 1940(!). Еще шли бои за Нарвик, а с Шетландских островов (Великобритания) вышло судно с группой норвежцев на борту. Главной их целью было уничтожение электростанции Бьёльво на юге Норвегии. Акция удалась, 17 июня 1940, через неделю после подписания акта о капитуляции горный склон похоронил электростанцию, остановив производство ценных металлов, феррохрома и ферросилиция, на срок до 4 месяцев.
Среди планировавшихся, но не осуществившихся операций было нападение группы диверсантов на портовые сооружения в Киркенесе, чтобы остановить экспорт никеля из Петсамо. Среди пунктов этого плана было создание специально диверсионного подразделения, укомплектованного норвежским персоналом. Идея была признана правильной и это привело к созданию норвежской независимой роты №1. Осенью 1940 ее командиром был назначен норвежский офицер Мартин Линге.
Мартин в гражданской жизни был театральным актером(!). Так как в молодости он окончил школы унтер-офицеров, то в кампанию 1940 был мобилизован как лейтенант. Храбро сражался, проявил смекалку. После трех недель получил осколочное ранение и был эвакуирован в Британию. Находясь в норвежской общине беженцев, вынашивал различные идеи о том, как усложнить жизнь немецким оккупантам. Был замечен норвежским отделением УСО и был приглашен с целью создания подразделения, состоящего из молодых норвежцев, желающих сражаться. Линге с присущим ему энтузиазмом приступил к заданию. Любопытная деталь – он нашел и освободил из местных тюрем несколько норвежцев, посаженных туда за драки. Видимо, Мартин справедливо решил, что бойцовый дух важнее общественного порядка. Позднее один из ветеранов 1-й роты так охарактеризовал командира – «упорный человек с огромной силой воли, не сидевший в офисе за столом и не позволявший другим делать всю работу».
Подготовка роты происходила в горах Шотландии, так как посчитали, что местность там близка к норвежской. После поиска и отбора кандидатов было объявлено о создании норвежской независимой роты №1 в марте 1941 года.
Первой операцией роты стал рейд на Лофотенские острова, операция Claymore. При поддержке флота около 550 британских коммандос и еще 50 норвежских атаковали несколько населенных пунктов на Лофотенах, достигнув полной внезапности. Было захвачено 200+ пленных немцев, а 300 с лишним норвежцев изъявили желание перебраться в Британию, чтобы присоединиться к вооруженным силам. Кроме того, на борту одного из немецких военных траулеров была захвачена кодовая машина «Энигма», что имело большое значение для британской работы по расшифровке немецких кодов.
В отместку за рейд немцы сожгли дома ушедших норвежцев, а часть населения были отправлены в качестве заложников в концлагеря в Норвегии. Прямым следствием рейда стало усиление немецкой группировки войск в Норвегии
В канун рождества 26-28 декабря 1941 британские и норвежский войска осуществили еще один рейд на Лофотены, операция Archery. В целом, рейд прошел успешно, снова 260 норвежцев были перевезены в Британию, вместе с пленными. Но в ходе боя с немецким гарнизоном капитан Мартин Линге был убит.
ПНВИ, узнавшее после операции Claymore, о том, что норвежские солдаты под командованием англичан участвуют в боевых действиях, было мягко говоря не в восторге от этого. Для переподчинения роты норвежскому военному командованию понадобилось время и создание специальной штабной группы FO4, которая после гибели Линге получила вожделенный контроль над ротой и с тех пор все операции УСО обсуждались с FO4, а рота подчинялась напрямую норвежскому главкому. С тех пор группа всегда действовала только маленькими группами, никогда не собираясь силами больше отделения.
В 1942 диверсанты роты приняли участие в ряде мелких операций, которые будут рассмотрены ниже.
В операции Musketoon группа диверсантов УСО (10 британцев и 2 норвежца) уничтожили электростанцию Гломфьорд в ночь с 20 на 21 сентября 1942. Станция имела стратегическое значение, потому что снабжала электроэнергией завод, производивший алюминий, необходимый Германии для ее самолетов. На отходе один норвежец погиб, 7 британцев попали в плен и были потом расстреляны в Берлине, а еще четыре человека, включая второго норвежца, смогли оторваться от погони и по горам ушли в Швецию.
Операция с захватом «Галтезунда» была значительное интереснее как по предыстории, так и по последствиям.
Одд Стархейм, диверсант роты Линге, был высажен с подводной лодки 1 января 1941, чтобы основать пост разведки и радиосвязи с Британией, что ему и удалось. Проведя довольно насыщенную операцию, включавшую в себя сотни сеансов связи с информацией о немецких войсках, возврат в Британию через Швецию, затем снова заброску 1 января 1942 с новым передатчиком и радистом в Норвегию, уход от засады гестапо в Осло, Стархейм получает в свои руки ряд важных разведывательных отчетов, которые нужно переправить в Британию. К тому же с ним на связь вышел оперативник Милорга, обладавший информацией по заводу тяжелой воды в Веморке. Тяжелая вода имела важное значение в немецкой ядерной программе. Несколько попыток организовать переправу в Британию на подлодке провалились. Тогда Одду в голову пришел дерзкий план захватить «Галтезунд», норвежский прибрежный пассажирский корабль, и на нем переправиться через пролив. Так все и случилось в марте 1942, успешно.
В Великобритании группа Стархейма была осыпаны почестями и похвалами от британских и норвежских властей. Норвежское отделение УСО оценило возможности проведения аналогичных судовых операций в более крупном масштабе. Стархейм заявил, что хорошо подготовленная группа из примерно 40 человек могла бы при благоприятных обстоятельствах захватить небольшую группу судов.
Тем временем, осознав информацию о заводе тяжелой воды в Веморке, британцы приняли решение его уничтожить. Были проведены две последовательные операции Grouse и Freshman. В ходе первой парашютным способом были высажены четыре норвежца роты Линге, 18 октября 1942. Они должны были разведать местность и подготовить высадку двух планеров с британскими коммандос на льду замерзшего озера. Вторая операция закончилась трагически – ночью 19 ноября 1942 из-за обледенения оба планера и один самолет-буксировщик разбились, не долетев до места. Домой смог вернуться только второй буксировщик. На земле выжившие коммандос были захвачены в плен и расстреляны. Всего погиб 41 человек, включая экипаж самолета. Норвежцы были вынуждены остаться в зимнем лесу, ожидая новой операции, питаясь вареным ягелем. Ждать им пришлось до февраля 1943.
Были и другие неудачи.
В феврале и дважды в апреле 1942 были высажены группы радистов.
В первом случае группа начала вещать в мае, была схвачена немцами и какое-то время сообщала ложную информацию, под контролем гестапо, пока в Англии не поняли, что группа раскрыта.
Во втором случае группа также была схвачена в мае и оба участника казнены.
Третй случай стал поводом для крупнейшей немецкой репрессии в 1942.
Два радиста из роты Линге была высажены недалеко от деревне Телавог, когда в том месте работал передатчик группы SIS. Немцы провели операцию в ходе которой был убит один коммандос Линге и два сотрудника гестапо. В качестве наказания Тербовен приказал снести всю деревню (300 домов), убить скот и уничтожить рыболовные суда. Население деревни было интернировано. Все мужчины в возрасте от 16 до 60 лет (всего 71 человек) были отправлены в Германию, где 31 из них погибли в концлагерях.
В апреле-сентябре была проведена операция Heron. Район Маяватн в Нурланде был центром контрабанды оружия в округе. План состоял в том, чтобы с помощью людей из роты Линге создать военную организацию, которую можно было бы развернуть для нарушения линии связи немцев между Северной и Южной Норвегией .
Гестапо стало известно об этом, а также о том, что на ферме Танген находится большой тайник с оружием. При операции по захвату, 6 сентября 1942 года, трое гестаповцев погибли в бою на ферме Танген.
Немцы связали воедино еще несколько операций Линге в данном районе - взрыв трансформаторной подстанции 5 мая, сорвавшей отгрузку пирита с рудников, взрыв электростанции 20 сентября, взрыв 5 октября на рудниках - и решили нанести удар по движению Сопротивления в округе. Было объявлено чрезвычайное положение для Трондхейма и окрестностей, включая Нурланд. Ввели комендатнский час, закрыли кинотеатры и театры, закрыли ряд магазинов. Проверке подвергли почти 13 000 человек, обыскали около 1400 домов.
В концлагерях выборочно отобрали 10 человек и утром 7 октября их расстреляли. В округе Маяватн отобрали 30 человек из которых в итоге 8 и 9 октября расстреляли 24.
Тем не менее, забегая вперед, действия коммандос Линге, вместе с другими подразделениями, привели к формированию взгляда Гитлера на Норвегию как на «зону судьбы», территорию, которой, постоянно угрожало вторжение союзников. Как опасался фюрер, это могло иметь решающие последствия для войны. Поэтому нацистская Германия держала крупную группу войск в стране, где они не могли принести большой пользы на на европейском материке.
Несмотря на то, что многие из этих солдат принадлежали к старшим возрастным группам, а наиболее боеспособные части все же были выведены из страны до окончания войны, тем не менее по состоянию на 8 мая 1945 года в Норвегии все еще находилось более 300 000 немецких солдат.
Описание событий первой фазы норвежского Сопротивления хотелось бы закончить на группе Освальда (Асбьерна), единственной по настоящему боевой группы на территории Норвегии в первую половину войны.
Как уже упоминалось выше, из-за германо-советского пакта о ненападении в 1939-41, группа Вольвебера фактически прекратила свою работу – таков был приказ из Москвы. Ситуация не изменилась и после июня 1940.
НКП получила серьезный удар 16 августа 1940 года, когда гестапо атаковало партию, арестовав ее лидера Генри Кристиансена (умер в концлагере в 1942) и изъяло документы, включая архивы членства и подписки, что дало немцам хорошее представление о партийной структуре организации. Однако существование группы Асбьерна удалось сохранить в тайне.
Новым лидером НКП стал Педер Фуруботн, заместитель Кристиансена, сумевший вовремя уйти на нелегальное положение. Не погружаясь глубоко в биографию этого человека, отметим только что он был сыном рабочего, сам стал краснодеревщиком и прошел достаточно извилистый и тяжелый путь к своей должности. В 1920-ые годы был председателем НКП, в 1930-ые жил в Москве, подвергался партийной критике, сам не стеснялся критиковать Коминтерн (и косвенно – Сталина).
Когда Норвегия была захвачена, Педер начал подготовку работы рабочего Сопротивления. Так как все еще действовал германо-советский пакт, то руководство НКП было против такой деятельности Педера. После захвата руководства НКП, Фуруботн уйдя в подполье начал создавать аппарат подпольной работы. Это вступало в противоречие с курсом НКП, следовавшей курсом Москвы. Лишь много позже выяснится, что Педер получил из Москвы тайный приказ, призывавший к Сопротивлению, но на условии, что НКП не будет раскрыто как управляющая сила. В самой партии об этом не знали, поэтому Педер получал серьезную оппозицию своим действиям.
В историографии движение Сопротивления партии называют Коморг, по аналогии с Милорг. Читатель должен понять, что Милорг и Коморг были по сути врагами, видевшими разное будущее Норвегии, но ситуативно оказавшиеся перед общим противником.
После нападения Германии на СССР курьеры из советской миссии Стокгольма передали приказ начать действовать. Поначалу, за одним исключением, НКП ничего не могла сделать - сказывался разгром арестов 1940 года.
Осенью 1941 Фуруботн был вызван в Осло и ему предложили должность генсека НКП, коим он и стал к 1942.
Педер начал проводить политику, одной из целей которой было развязать всеобъемлющую партизанскую войну в Норвегии. Он справедливо указывал на то, что гражданская борьба не повлияла на военную мощь оккупационного режима или военную экономику Германии. Подразделениям вермахта в Норвегии было разрешено проводить фортификационные и строительные работы совершенно беспрепятственно, без каких-либо существенных контрмер со стороны Сопротивления. До 1944 года норвежские группы сопротивления мало что делали для задержки или сокращения поставок для немецкой военной промышленности на континенте. Внутренние противоречия в НКП привели к тому, что проект был заторможен, а из Москвы пришло сообщение, что он не одобрен. Более того, что Фуруботну было приказано уйти в Швецию ради своей безопасности. Этот приказ не был выполнен, Педер остался на нелегальном положении в Норвегии – он снова бросил вызов Коминтерну. Основной задачей НКП стал сбор разведывательных материалов для русских. Фуруботн настаивал на том, что ему нужна более активная роль, но безуспешно.
Официально, норвежские исследователи считают, что причина, по которой Сталин сдерживал коммунистическое сопротивление в Норвегии, заключалась в том, что Норвегия находилась в сфере интересов Великобритании. Советский Союз зависел от материальной помощи своих союзников, и поэтому британцев не нужно было провоцировать. Но, скорее всего, СССР просто не видел смысла жертвовать жизнями норвежских коммунистов ради интересов ПНВИ.
Вернемся к Сунде.
Асбьерн Сунде, сын рыбака, моряк, был ветераном войны в Испании. Там он научился изготавливать и применять различные мины и бомбы, участвовал в ряде диверсионных операций в тылу врага, также получил опыт работы в различных штабах, водил машину скорой помощи и писал письма в норвежские газеты, описывая ход войны.
После ухода Хельмана, Сунде возглавил подпольную боевую организацию, но без ключевых людей в руководстве НКП, без связи с Москвой и денег. Тем не менее, своими усилиями он поддерживал конспирацию, создавал нелегальные явки и склады оружия/взрывчатки. Официально Асбьерн работал строительным рабочим в Осло. Сама организация получила название «группа Освальда» (ГО), по одному из позывных Сунде.
Когда в июле 1941 Москва передала сигнал к действию именно группа Освальда стала «боевым кулаком» НКП, имея ресурсы и желание сражаться. Уже 20 июля 1941 года ГО провела первую акцию, взорвав ж/д пути в Осло. Всего в первую фазу Сопротивления группа осуществила с лета 1941 по осень 1942 больше 20 известных операций. Не все из них были удачными, в ряде случаев не срабатывала взрывчатка или была обнаружена охраной.
Первоначально в группе было пять-шесть боевых ветеранов Испанской войны, таких как и сам Асбьерн, а также несколько более широкий круг активных помощников из старого аппарата Вольвебера - моряков, докеров и рабочих заводов. Для дальнейшей эскалации саботажа Сунде нужны были контакты, которые могли бы помочь в приобретении стрелкового оружия и взрывчатых веществ. Но прежде всего ему нужны были деньги, чтобы содержать себя, своих диверсантов и их семьи на нелегальном положении. Уже в начале осени 1941 года Сунде вступил в контакт с группой 2А и через них стал получать финансирование от ПНВИ из Лондона. 2А также обеспечивала оперативную безопасность ГО, предупреждая об облавах, пряча агентов Сунде и обеспечивая их фальшивыми документами. Взамен, ГО выполняла задания 2А и Милорга, которые те считали чрезмерно опасными или от которых хотели дистанцироваться, например ликвидации. Другие группы сопротивления не могли или не хотели выполнять такие сложные в умственном и оперативном плане задачи.
При этом, также как и Фуруботн, ГО выполняла приказ Москвы - заниматься саботажем, но не афишировать своей политической принадлежности. Это позволяло Сунде быть гибким и сотрудничать с разными группами Сопротивления.
Денег на существование группы все равно не хватало, поэтому люди Сунде в течении войны оказались вынуждены совершить семь ограблений банков Осло для финансирования миссий. В ходе одного из таких ограблений был убит невиновный человек. Это сделало ГО непопулярными как среди местных коммунистических групп, так и среди других участников движения сопротивления.
Опишем наиболее яркие диверсионные акции группы до конца 1942.
В ночь с 1 на 2 февраля 1942 – взрыв двух крупных ж/д станций в Осло. Взрыв был приурочен к церемонии инаугурации Квислинга, объявленного премьер-министром Норвегии. Взрывы произошли ночью, поэтому никто не пострадал, но днем через эти станции проезжали поезда, набитые сторонниками Квислинга. По словам Сунде, «цель бомб была не в массовом убийстве, а чтобы до чертиков напугать наци». Акция привлекла большое внимание рядовых норвежцев, так как уничтожение крупных и известных станций столицы невозможно было скрыть.
21 февраля 1942 - неудачная попытка ликвидации Эйнара Доннума, квислингиста и сотрудника STAPO.
19 марта 1942 - взрыв и затопление двух немецких патрульных катеров в Осло
26 марта 1942 - ликвидация предателя из рядов Милорга
1 апреля 1942 – уничтожение немецкого бомбардировщика Fw-200 в Тренделаге
13 апреля 1942 – взрыв склада боеприпасов в Осло
15 июля 1942 – взрыв мастерской электротехнической компании Jacobsen Elektro AS в Осло
22 июля 1942 - дерзкая операция по освобождению двух агентов роты Линге, захваченных STAPO. Сунде и еще один агент, переодетые в форму полицейских и с документами, полученными от 2А, вошли в тюрьму и сообщив о перевозке заключенных просто забрали их и уехали.
5 августа 1942 – взрыв столярной мастерской в Ланнере, округ Осло
21 августа 1942 - взрыв здания полиции на улице Исбена, Осло, убийство известного квислингиста и палача STAPO Ивара Тофтеберга.
23 сентября 1942 - взрыв бомбы и пожар на жд вокзале Груа, округ Акерхуса.
Гестапо не дремало и если расследование диверсий 1941 шло медленно, то в 1942 работа по распутыванию нитей организации Вольвебера дала более весомые результаты. Были схвачены и подвергнуты жестоким пыткам члены Вольвебера в Швеции и Дании, нити от них пошли в Норвегию, там же взяли норвежских агентов Вольвебера.
В апреле 1942 при неудачной попытке взорвать склад боеприпасов в Осло были схвачены уже три агента ГО. Однако кто такой Сунде гестапо пока еще даже не подозревало. Все изменилось после взрыва 21 августа, когда был убит Ивар.
Руководство Сиворг было до ужаса напугано этим взрывом, КРУГ ничего не зная про ГО, но подозревая, что это коммунистическая группа, воспринял акцию как торпеду в их сторону. Они боялись, что успех миссии вызовет раскол в обществе и лишит их части поддержки. КРУГ даже попросил ПНВИ в Лондоне выпустить специальное сообщение, в котором дистанцировался от таких акций.
По странному совпадению гестапо в это же время вышло на дом Сунде и только тут впервые получило сведения о некоем «Освальде». Новые допросы арестованных указали на конкретный адрес в Осло. Штурм квартиры и несколько агентов ГО, участников взрыва 21 августа, были схвачены.
Петля сужалась, в центральной газете Норвегии опубликовали фотографии Сунде и нескольких его людей, предлагались крупные суммы за информацию о их местонахождении.
На помощь пришла 2А, ее люди снабдили Сунде новыми документами, а врач из Милорга сделал инъекцию парафина в лицо, изменив его внешность. Асбьерн смог вырваться из ловушки и залег на «дно», спрятавшись в горном районе между Осло и Бергеном. Примерно в это время на него вышло руководство НКП с предложением о подготовке небольших диверсионных групп. Попутно Сунде выделил группу для охраны подпольной штаб-квартиры партии и Фуруботна, заодно возглавив всю диверсионную деятельность НКП.
Тут проявится разная оценка перспектив развития Сопротивления между Асбьерном и Фуруботном, заложив основу их оппозиции до конца войны. Генсек хотел создать партизанскую организацию герильи и перевести ее в режим подпольного ожидания, чтобы не вовлекаться в борьбу Сиворга/Милорга и правительства Квислинга. Асбьерн же хотел как можно более активной борьбы и войны с помощью саботажа, чтобы помешать немцам. Как гласила весьма точная послевоенная оценка людей Асбьерна - «они стояли на радикальной платформе сопротивления и не позволяли политике партии определять их деятельность; патриотизм и бескомпромиссная преданность делу были движущей силой и руководящим принципами их усилий»…
В конце октября, благодаря предупреждению от 2А, Сунде спас штаб-квартиру и Педера от облавы гестапо. Всем этим Асбьерн будет заниматься до конца зимы 1943, пока к нему не обратится с особым предложением Милорг…
Список потерь ГО в ходе первой фазы Сопротивления приводится ниже.
Барли Петерсен, ветеран Вольвебера, схвачен в августе 1941, отправлен в Германию, казнен на гильотине в марте 1944 вместе с Мартином Хельменом.
Рейдар Кристоферсен, позывной «Дидрик», ветеран войны в Испании, схвачен в апреле 1942, подвергнут пыткам, никого не выдал и казнен в сентябре 1942.
Фрэнк Нильсен, позывной «Берн», ветеран Вольвебера, схвачен в апреле 1942, отправлен в Германию, умер в концлагере в декабре 1942.
Сигурд Хансен, позывной «Оскар», Хокон Эриксен, позывной «13», Карл Якобсен, позывной «Карлсен»и Альф Кристиансен, позывной «Дагфинн» были схвачены и расстреляны в сентябре 1942.
Ригмор, жена Хансена, позывной «Герд», была также схвачена и замучена пытками до смерти в октябре 1942.
Забегая вперед, группа Освальда доминировала в диверсионной деятельности с 1941 по 1944 года. По воспоминаниям самого Сунде они провели около 40 операций, но послевоенные историки указывают на то, что Сунде описывал только те операции к которым был причастен сам, а вместе с тем организация разрослась до 60-70 человек и действовала в Осло, Нарвике, Бергене и Ставангере. Общее количество операций всех отделений значится в районе 200 за всю войну.
Конец 1 части.
Окончание следует…