Один день с Nationella insatsstyrkan

Спецназ шведской полиции называется «силы быстрого реагирования», или оперативные группы.

Самой лучшей и элитной является Nationella insatsstyrkan (NI) или Национальная оперативная группа. Численностью в 50-70 операторов, группа действует по всей территории страны и за ее пределами.

Далее идет "Усиленная региональная оперативная группа" (FRI), ранее известная как Piketen (до 2015). Она разбита на 3 группы, по территориальному признаку работы - Стокгольм, Запад (Гётеборг) и Юг (Мальме).

Региональные оперативные группы (RI) находятся на Севере (Умео), Бергслагене (Эребру), Митте (Уппсала) и Востоке (Линчёпинг).

На самом базовом уровне, разница между группами, помимо задач, заключается в подготовке.

• Nationella insatsstyrkan имеет 40 недель базовой подготовки и посвящает 50 процентов своего времени тренировкам.

• Piketen имеет 20 недель базовой подготовки и посвящает 30 процентов своего времени тренировкам.

• Региональные оперативные группы проходят базовую подготовку в течение 10 недель и посвящают 20 процентов своего рабочего времени вспомогательной подготовке.

Похоже, зомби-апокалипсис обрушился на небольшой жилой район к югу от Стокгольма. Кирпичные фасады украшены граффити и вьющимися растениями. Из разбитых окон свисают спутанные мотки жалюзи. А на улицах валяются забытая обувь и одежда.

За одним из домов стоят около десяти вооруженных людей в зеленом, обсуждая тактику взлома. Части национальной оперативной группы, NI, тренируются здесь, среди зданий, готовых к сносу. Один из операторов пока недоволен работой группы.

– Я зашёл шестым и обнаружил, что туалет почему-то заперт. Мы должны продолжать обыск до тех пор, пока все не будет полностью ясно - призывает он своих коллег.

С другой стороны, полицейская собака Бикс, похоже, довольна своим выступлением. Она катается на спине по нескошенной траве и лениво щиплет длинные травинки, пока не получит команду от своего проводника.

– Перестаньте есть траву. Это несерьёзно.

Первое дело дня касалось сбора доказательств против человека, заказавшего сексуальное насилие над детьми в Интернете. Оперативники окружили дом с нескольких сторон, разбили окна, ворвались внутрь и арестовали подозреваемого.

Можно подумать, что было бы излишним использовать элитный силовой ресурс полиции для ареста безоружного педофила, не имеющего предыдущих судимостей за насильственные преступления. Однако NI работает не только против опасных преступников, но и применяется, когда необходим элемент неожиданности. В данном случае речь шла о том, чтобы захватить контроль над компьютером до того, как подозреваемый успел его повредить.

Затем операторы переходят к обсуждению того, какое место на самом деле является лучшим для взлома старой виллы 1970-х годов. Это окно или дверь? У обоих вариантов есть свои плюсы и минусы. Операторы не являются экспертами в данной области, они , как говорят в NI, «специалисты широкого профиля». Как и все операторы, они прошли базовую подготовку по взлому. Но они не «взломщики» (breacher). Это звание требует более глубоких знаний.

На другой стороне города, в огороженном углу полицейского полигона в Соренторпе, расположена база Национальной оперативной группы. Там мы встречаем одного из командиров NI Мортена. Он возглавлял свой отдел в течение четырех лет и поставил перед собой цель сделать эту традиционно закрытую организацию более открытой для сотрудничества как внутри полиции, так и за ее пределами.

Кажется, он подходит для этой работы. От него не исходит никаких резких, воинственных эмоций, а скорее он производит дружелюбное впечатление благодаря сердечному рукопожатию и широкой улыбке. Трудно остановить его восторженный поток слов о том, чем является NI сегодня и чем может стать в будущем.

Целью Мортена является расширение «операционного присутствия» NI. Основная задача по-прежнему заключается в том, чтобы оставаться основным силовым ресурсом полиции, уметь справляться с «черными лебедями». То есть, высаживаться на захваченные террористами финские паромы, предотвращать террористические атаки на атомные электростанции и т. п.

– Но мы не можем просто запереться за своими воротами и тренироваться только ради вещей, которые случаются редко. Не тогда, когда «деревня» горит. Нам нужно внести свой вклад, добившись оперативного эффекта здесь и сейчас. Мы должны быть чем то большим, чем просто дорогим страховым полисом — утверждает он.

В качестве примера он приводит факт, что недавно NI оказала поддержку полиции в Сёдертелье, когда там вспыхнул бандитский конфликт.

– У нас есть операторы на мотоциклах, которые могут легко передвигаться в городских условиях. В Сёдертелье они участвовали в задержании сбежавшего человека. Вместо того чтобы просто поддерживать свои навыки вождения на полигоне, они могут работать на практике, оказывая поддержку коллегам.

Однако, по словам Мартена, оперативное давление на NI возросло по нескольким направлениям. Одной из основных задач отдела является выполнение функций оперативной группы Службы безопасности Швеции (SÄPO). С ростом уровня террористической угрозы и активизацией деятельности иностранных держав в Швеции эта задача стала более масштабной.

То же самое относится и к международной арене, где NI выполняет задания, в том числе для Министерства иностранных дел. Это может включать защиту шведских посольств за рубежом и эвакуацию шведов из различных горячих точек.

Не рискуете ли вы потерять свое преимущество, если сократите обучение ради оперативной работы?

– Понятно, что когда у нас много работы, времени на «полировку бриллианта» не остается. Но все идет волнообразно, и всегда будут более спокойные периоды, когда мы сможем практиковаться. Мы сейчас не часто получаем критические задачи, поэтому «бриллиант достаточно отшлифован», я бы так выразился.

Специализации внутри NI:

штурмовик

снайпер

водитель транспортного средства (включая мотоцикл)

технический оператор

кинолог

фельдшер

водолаз/рулевой лодки

руководитель целевой группы

Возвращаемся в забытый Богом район вилл, готовящихся к сносу.

Оперативники приступили ко второму делу, которое подразумевает арест ряда вооруженных и документально подтвержденных преступников, совершивших насилие. Здесь будет по настоящему «грязно». «Полный подъем», как говорит руководитель учений.

Силы NI нанесут удар по двум адресам одновременно, и операция начнется с громкого взрыва, когда они взорвут входную дверь одного из домов. На втором этапе двое операторов пытаются открыть необычайно прочную деревянную дверь с защелкой и засовом. Тем временем третий оператор разбивает небольшое окно в туалете, чтобы четвертый мог запустить туда дрон, который найдет и отвлечет на себя преступников.

Слышны взрывы, вспышки и грохот других более мелких шумов. Уже нелегко различить выстрелы, которые раздаются, когда первые операторы сталкиваются с преступниками внутри виллы.

– У нас упавший «танго». Выстрел в грудь. Нам нужен фельдшер — вскоре после этого кто-то кричит по радио.

Танго расшифровывается как «T» в слове target, что означает цель или враг.

NI

Национальная оперативная группа была создана решением парламента в 1990 году и первоначально входила в состав полиции Стокгольма. В 2002 году группа была передан Национальной службе уголовных расследований и стала национальным ресурсом.

С 2015 года NI включена в национальную концепцию реагирования полиции вместе с тремя усиленными региональными силами реагирования (Южная, Западная и Стокгольмская) и четырьмя региональными силами реагирования (Центральная, Восточная, Бергслагенская и Северная).
В группе работает около сотни сотрудников. Сколько из них являются операторами реагирования и вспомогательным персоналом — секрет.

Миссия NI

«Национальная оперативная группа в составе шведского полицейского управления — это главный полицейский ресурс Швеции, отвечающий за урегулирование ситуаций, которые настолько серьезны, необычны или рискованны, что их невозможно решить в ходе обычных полицейских операций.

Основная задача — вмешаться в случае террористической атаки или при возникновении опасений такой атаки.»

Во время перерыва в учениях нам удается поговорить с оператором «Gucci», высоким мужчиной лет 35. У всех операторов NI есть псевдоним, который используется вместо их настоящего имени. Часто это намек на какую-то глупость, которую совершил человек. У Gucci репутация придирчивого покупателя в отделе одежды. Отсюда и его позывной.

– Да, я тщательно слежу за тем, чтобы одеваться правильно, подбирать правильный размер и т. д.

Использование псевдонимов не только элемент юмора, но и выполняет функцию безопасности. Это должно снизить риск того, что кто-то случайно произнесет настоящее имя своего коллеги, когда его слушают посторонние.

Gucci проработал в NI четыре года, включая девять месяцев базовой подготовки. У него есть опыт работы егерем в ВС Швеции, но вступительный экзамен в NI он описывает как совершенно новый уровень для себя.

– Очень быстрый темп, очень серьезные физические элементы, минимум сна. Когда вы чувствуете себя измотанным уже на второй день, десять дней отбора кажутся вам очень долгими.

Подать заявку можно несколько раз, но для Gucci это не было возможностью.

– Я очень хорошо помню, что я думал в первые дни экзамена - я никогда больше не хочу этого повторять. Это побудило меня выложиться на все сто на отборе.

До прихода в NI Gucci работал офицером полиции по борьбе с беспорядками в Стокгольме. Ему возможно не хватает возможности посидеть в радиофургоне и послушать, как разворачивается интересное дело, и общаться со множеством людей. Но он счастлив избежать всех тех страданий, свидетелем которых ему пришлось стать, или, если уж на то пошло, работать по три смены.

В NI основным графиком работы являются офисные часы, но возможны вечерние смены в связи со сложной работой или более длительными тренировками. Одна неделя в месяц приходится на режим ожидания на экстренный вызов.

Как и у большинства операторов, у Gucci есть семья, и его дети еще маленькие.

– До отпуска по уходу за ребенком я обычно соглашался работать дополнительно, если возникали срочные задания. Теперь я научился говорить «нет». Мой партнер не должен выгореть только потому, что я нашел работу своей мечты.

Беспокоится ли она, что работа вашей мечты может оказаться опасной?

– Возможно, она бы ответила, если бы я рассказывал о том, чем я занимаюсь. Но на самом деле она не очень любопытна. Больше всего она хочет, чтобы я возвращался домой целым и невредимым.

Что вас пугает в вашей работе?

– Было бы страшно, если бы что-то пошло не так в момент нахождения на большой высоте, например, при спуске по канату с вертолета или когда мы забираемся по борту большого парома во время шторма. Но именно для этого мы и тренируемся, чтобы не было технических проблем.

SiK - несчастные случаи на тренировках в NI не редкость, в 2018 один оператор получил травмы при абордаже в море, в 2020 другой оператор сорвался с троса с высоты 7-9 метров, при скоростном спуске с вертолета

Как часто вы сталкиваетесь с насилием?

– Это пока что необычно и, происходит в основном, если они не понимают, что мы полицейские. Большинство же людей сразу же сдаются, как только понимают, что приближается вооруженная полиция. Хотя всегда есть странные личности, которые хотят пригласить вас на «танец».

Упражнение завершается тем, что операторы встают в круг, и каждый может поделиться уроками, которые они извлекли за этот день.

Это довольно однородная группа белых мужчин в возрасте 30–40 лет, как правило, с коротко подстриженными бородами. Они бы хорошо вписались в мужской класс соревнованиях по кроссфиту, и, скорее всего, привлекли бы взгляды в любой среде, где преобладают женщины.

Менеджер NI Мартен хотел бы видеть большее разнообразие среди сотрудников и упоминает, что женщины работают в качестве переговорщиков и на вспомогательных должностях в отделе. Однако для работы оператором существует только один профиль физических требований, и ни одна женщина пока не прошла его. Впрочем, в составе региональных оперативных групп есть несколько женщин-оперативников.

В NI продолжается обсуждение вопроса создания нескольких профилей требований для роли оператора. Не в последнюю очередь, считает Мартен, быстрое развитие технологий означает, что в будущем NI понадобится больше специалистов с другим профилем.

– Это может обеспечить больше путей проникновения. Не всем может требоваться возможность подняться на корабль в открытом море с тяжелым аварийно-спасательным оборудованием, если у них есть другие способности, которые нам нужны.

Раньше действовало правило, согласно которому операторам в NI разрешалось работать не более двенадцати лет. Но затем его удалили. Оператор «Granis» совершил свою первую силовую операцию еще в 1990-х годах и по-прежнему полон сил в свои 56 лет. Он признается, что уже не сдает ежегодные физические тесты с таким же хорошим отрывом, как раньше, но его широкоплечее тело выглядит крепким, как скала.

Его голос звучит тихо и вдумчиво, когда он отвечает на вопросы о том, как развивался NI вто время.

По его словам , изначально к NI относились с большим подозрением политики и СМИ. Существовали опасения, что элитные силы в полиции могут развиться в воинствующем направлении и даже стать орудием государственного переворота.

– Я помню 90-е годы как длинную серию демонстраций для политиков и старших начальников полиции, на которых мы пытались себя рекламировать и показать, кто мы такие. Однако существовало большое недоверие и страх перед применением нашего подразделения.

Первоначально NI «прятали» в подвале полицейского участка Кроноберг в Стокгольме. И существовало мнение, что для каждого оперативного развертывания NI требовалось решение правительства.

– Но если вы прочитаете мелкий шрифт в приказе, то узнаете, что это требование было применимо только в ситуациях с захватом заложников.

Granis вспоминает это время как очень неприятное.

– Мы хотели выйти на «улицу» и начать работать. Мы хотели стать настоящим национальным ресурсом. И мы хотели получить настоящую базу, подобную той, что есть у нас сегодня.

Сегодня решения о развертывании NI принимаются менеджером по чрезвычайным ситуациям в национальном командном центре по согласованию с руководителем NI.

По словам Granis, NI стала совершенно естественной частью деятельности полиции.

– Это настоящее освобождение – не бороться за свое существование, то как мы пережили это в 90-е.

Статья с сайта полиции Швеции, октябрь 2024.

Переведено для SOLDATER I KRIG