Жизнь подростков Донбасса в годы оккупации

Во время Великой Отечественной войны вся страна встала на защиту Отечества. Свой вклад вносили все. Среди них были и школьники. Дети не только в тылу, но и на оккупированной территории помогали, чем могли. Они вступали в подпольные и партизанские отряды, помогали родным или просто незнакомым людям, которые были захвачены гестапо, носили им еду или пытались их освободить.

На Донбассе Леонида Емельяновна Гринько, которая родилась в 1927 г., была активной участницей и помощницей во всех операциях своей матери Анны Гринько. Юная разведчица оказывала помощь в операциях по поджогу гаража, по уничтожению госпитальных палаток, по подрыву связи внутри города, по сбору разведывательных данных и вела работу по освобождению военнопленных из лагерей. Она, непосредственно по заданию командира отряда, первая сообщила руководству Макеевской группы о предательстве члена их отряда Новикова и о начавшихся арестах гестаповцами активных участников группы, тем самым многих товарищей спасла от гестапо. В архивных документах хранятся ее воспоминания, в которых она писала том, как решила сообщить об арестах начальнику Макеевского отряда партизан Степану: «Когда я вышла на Макеевское шоссе, то остановила проезжавший эсесовский мотоцикл и попросила его подвести меня. После моих просьб они меня подвезли. Пока я доехала, то разбила себе ноги до крови. Врач тов. Рябишка перевязала мне ноги. Я предупредила об арестах. Через 2 дня явился Новиков (предатель) с немцами и указал, кого арестовать. Из-за него погибло много людей». Также она получила приказ убить одного из агентов немецкой военной разведки, и, несмотря на свой юный возраст, выполнила его.

Еще одним подростком-партизаном был Василий Иосифович Сикачев, которому на момент начала Великой Отечественной войны исполнилось 15 лет. Из его воспоминаний следует, что в феврале 1942 г. была организована встреча между сторонниками подпольной борьбы Борисом Павловичем Рясным и Евгением Степановичем Кленцевым, где после переговоров было решено создать молодежную подпольную группу.

Группа набиралась с осторожностью из хорошо знакомых учеников школ и товарищей. В первый период их деятельности они слушали запрещенные передачи из Москвы, записывали и передавали сводки боевых действий с фронтов, распространяя эту информацию среди населения, а также разоблачали ложь о Красной Армии, которую немецкая пропаганда считала разгромленной. В 1942 г. Сикачев и его товарищи из подпольной группы были вынуждены устроиться работать на Макеевский металлургический завод им. Кирова, куда привозили на ремонт военную технику и неисправное вооружение. Где было возможно, группа приводила их в негодность. В ряде случаев проводились мелкие диверсии: рвали кабели для немецкой связи, пробивали (дырявили) немецкие бочки из-под бензина… Для бежавших из плена красноармейцев доставались документы и одежда… Когда Красная Армия подходила к Донбассу, партизаны стреляли из ракетниц, тем самым подавая сигналы для советской авиации, определяя месторасположение важных немецких объектов.

Раиса Григорьевна Безкоровайная, 1923 г. р., проживавшая в Красном Лимане была представлена к награде и получила медаль «За доблестный труд в годы Великой Отечественной войны 1941–1945 года». По заданию подпольной группы она работала регистратором в Краснолиманской городской поликлинике, где устанавливала расположение вражеских войск, их наличие и планы, и разведданные передавала в партизанский отряд. Также она выдала справки молодым ребятам о непригодности их для угона в Германию, оказывала помощь местному населению в бесплатном лечении, распространяла среди населения листовки и газеты, выпускаемые партизанским отрядом.

17-летняя Любовь Филлиповна Федченко была провожатой раненых командиров Красной Армии: майора Георгия Сергеевича Хайнацкого, капитана Цирульникова, лейтенантов Зиссера и Я.В. Швидкова Их уложили в сани, тщательно замаскировали белыми простынями. Несмотря на все трудности и опасности пути, Любе удалось отвезти воинов в г. Россошь, в глубокий тыл и передать всех солдат в танковую часть. За этот подвиг она была представлена к боевой награде танковой частью майора Ханацкого. Сама Любовь Федченко рассказывала, что после того, как в марте 1942 г. ее выпустили из гестапо, она обратилась к врачу больницы №2 г. Краматорска Д.С. Мазуру с просьбой о работе в больнице, где сначала трудилась санитаркой, прачкой, и кладовщиком. Основной работой было подвоз продуктов, воды, подчас на ручной тачке, большей частью ночью под обстрелами. Как писал потом о ней майор Г.С. Ханацкий «…ее поступок был продиктован только сердцем патриотки, испытавшей на себе все ужасы гестапо, которая не могла допустить, чтоб немцы издевались над советскими офицерами, пролившими кроль за освобождение родного города…».

Повседневная жизнь детей, которые не участвовали в партизанском подполье, отличалась тем, что они не выполняли боевые задания. Тем не менее, они всячески старались мстить оккупантам и помогать бежавшим военнопленным, своим родным, захваченным в гестапо. Например, 13-летняя Лариса, дочь врача Сергея Фроловича Апанасенко (подпольщика патриотической группы медработников больницы №2 в г. Краматорске в 1942–1943 г.), регулярно носила горячую пищу в больницу, прятала одежду и воинские документы красноармейцев, помогала переводить их через линию фронта.

О своей повседневной жизни во время оккупации ученики 4–6 классов одной из школ Снежнянского района Сталинской области писали сочинения. Так, ученица 4-го русского класса Пархоменко писала о том, в 8 лет она потеряла родных. Брат ее матери, Прокудин Дмитрий Алексеевич, был партизаном, поэтому ее семья, по-возможности, обеспечивала его продовольствием на протяжении 2-х месяцев. Об этом узнало гестапо, немцы пришли в дом с обыском, но ничего не нашли. После того, как они покинули дом, ее мать решила спрятать одежду брата, но полицейские это увидели, и на следующий день была арестована ее тетя. Через некоторое время в гестапо забрали и ее мать. Дома у Пархоменко оставались еще две маленьких сестренки. Она ходила в комендатуру и носила маме и тете еду. Один раз ее пустили к маме, которая сказала: «Если меня выпустят, значит, я буду живая, а если не выпустят, значит убьют». Через шесть дней их отвезли в Сталино, где ее семья была расстреляна на 9-й шахте. В дальнейшем Пархоменко и одну из ее сестер забрала Матрена Ивановна Прокудина, вторая была сдана в детский дом.